Без любви не считается

Теряюсь в пространстве, оглушенная собственным голосом. Руки и ноги немеют, от меня остается всего лишь крошечная часть на кончиках бесстыжих пальцев. И он нежен с ней, нежен со мной. Марк встает и проводит языком по моим губам. Слабо отвечаю на поцелуй, все еще паря в теплом воздухе, нагретом страстью. Руки прижимают меня к крепкому телу, голова легкая, глаза закрыты.

– М-м-м… – мычит Марк, углубляя поцелуй.

Царапаю его затылок и притягиваю голову ближе. Его бедра напротив моих, и я хочу все, но едва ли могу сообразить, что должна сделать.

– Кончаешь ты потрясающе, – шепчет он, заглядывая в мои глаза.

Бескрайний горизонт над морем не такой пустой, как его взгляд. Понимаю все без слов и скрываю за улыбкой осколочную печаль:

– Ты мне не сдашься, да?

– Тебе это не нужно.

– Когда я получу запись?

– Скоро."

"Марк помогает мне спуститься на пол и отходит, чтобы принести «велосипедки». Привожу себя в относительный порядок и снимаю микрофоны под внимательным взглядом очаровательного засранца, которому только что проиграла. Его спортивные штаны недвусмысленно топорщатся, но он и не думает смущаться или скрывать.

– Мы…

– Не стоит. Я же говорил, что мне важно совсем не это.

– И как у меня с качеством?

– Высший сорт. Будет что вспомнить.

Смеюсь, игнорируя жжение в груди. Подхожу к Марку и целую его в щеку, поднимаясь на носок здоровой ноги.

– Спасибо, – шепчу я и, прихрамывая, направляюсь к выходу. – Мне полегчало.

– Пожалуйста, – монотонно отвечает он.

– Как насчет дружбы, пока я здесь?

– Посмотрим. Может быть, что-то и получится.

– Хорошо.

Открываю защелку и распахиваю дверь. Жжение становится все ощутимее, ноги не хотят идти. Украдкой оглядываюсь, Марк смотрит мне вслед с непроницаемым равнодушием. Даже победе не порадуется? Странно.

– Мне нужно работать, Ди.

– Да, извини. Уже ухожу.

Медленно поднимаюсь по узкой лестнице, обитой тонким ковром. Где же я прокололась? Почему он меня отпустил? Откуда такая выдержка? Выхожу в светлый холл, потирая пальцами гудящие от долгих терзаний губы, и вздрагиваю от хлопка бумажного пакета, упавшего на пол. Соня стоит у парадной двери и смотрит на меня во все глаза, которые с каждой секундой становятся все больше и злее. Жаль, что она не глупая. Жилось бы ей куда проще.

– Расслабься, Сонь. Без любви не считается, – говорю я, но Соня, кажется, не в силах оценить мое чувство юмора.

Она хватает пакет с пола и уносится на кухню. Тяжело вздыхаю и пересекаю холл, желая как можно скорее добраться до ванной комнаты.

В тысячный раз закрываю глаза, желая уснуть, но тело сопротивляется, а яркое полуденное солнце беспощадно бьет в окно. Прошлая ночь была щедра на цветные сны, в которых мне было слишком хорошо, чтобы просыпаться, но вернуться в них я уже не могу.