Без любви не считается

– Ди, прости меня, – печально говорит Дарина, опускаясь рядом, и откидывается на мягкую спинку. – Я не…

– Ты чего? За что извиняешься?

– Как это за что?! Я тебя в это втянула! А теперь еще, получается, что и спала с мужиком, в которого ты влюблена!

– Ты спала с ним до того, как я…

– Неважно! Если бы я не… если бы… – задыхается она в сожалениях.

– Тише, – кладу ладонь ей на плечо. – Давай я тебе еще налью. А может, лучше успокоительного?

– Ничего меня не успокоит! Я ужасная подруга, невеста и женой буду…

– Дарина! – рявкаю я, встряхивая ее. – Угомонись! У тебя предсвадебный психоз, я понимаю, но ты только себя послушай! Что за чушь?!

Она опускает подбородок и трясет головой:

– Я всех предала. Всех, кто мне дорог. И себя тоже.

Черт! Кажется, дела обстоят хуже, чем я думала.

– И что теперь? Мост, автобус или таблетки? Такой выход ищешь или жить дальше будешь? Что с тобой? Когда ты успела стать такой размазней?

Дарина надавливает пальцами на веки, тихо всхлипывая, и я глажу ее по спине.

– Прости, – тихо произношу я.

– Ничего. Ты права. Сама не знаю, что со мной в последнее время.

Дарина никогда не отличалась истеричностью, а сейчас я ее едва узнаю. Я видела ее рассудительной, хитрой, излишне романтичной, но ничуть не наивной. Что же это? Гормоны?

– Ты, случаем, не беременна?

– Нет… – приглушенно отзывается она. – Нет-нет! – повторяет громче."

"– Дарин, послушай… – на этот раз я с осторожностью подбираю слова, – все будет в порядке. Мы вернем кольцо. Марк та еще задница, но он не плохой человек. А о том, что случилось, стоит забыть. И простить себя за ошибку. Да, это плохо. Да, ты облажалась, но корить себя дальше – глупо. Прими последствия и иди дальше. Паша вернется, вы поженитесь и все будет так, как ты хотела. Ты станешь отличной же-ной и…

– Я уже не уверена, что хочу этого, – вдруг сухо заявляет она.

– Значит, брось его.

– У тебя всегда все так просто, – грустно усмехается Дарина.

– Было.

Подруга поворачивает голову и смотрит на меня, умиленно улыбаясь.

– Ты и правда в него влюбилась. Я помню этот твой вид побитого воробышка. Как его звали? Сережа?

– Саша.

– Ах да… Саша. Обаятельный засранец.

– Сейчас он потолстел килограммов на двадцать. Разводит такс в пригороде, а лоб все еще напоминает звездное небо.

– Откуда ты знаешь? – глаза Дарины загораются девичьим любопытством.

– Он писал мне где-то год назад. Хотел встретиться, пообщаться.

– Правда?! Почему ты мне не рассказывала?!

– Вы тогда с Пашей вроде на отдыхе были, а потом я просто забыла, – безразлично пожимаю плечами.

– Вот бы и мне так. Взять и забыть, – нервно хмыкает Дарина. – Если у вас с Марком все сложится, то… как мне ему в глаза-то смотреть? А тебе?

– Притормози коней, дорогая. Во-первых, еще ничего не понятно.