Не Барби для босса (СИ)

Чувствую, как всё внутри напрягается, а мысли предательски уносятся в сторону того, что Женя сейчас спит без них. Внизу живота поднимается жар, и я понимаю, что теряю контроль.

Глава 10. Роман

Выхожу из ванной, сшибая членом углы. Я не знаю ни одного человека с такой железной выдержкой, как у меня. Иду в спальню для гостей, так как Жене отдал свою. Я не ждал гостей с ночевкой и не сказал домработнице подготовить другие комнаты. Прохожу мимо своей, притормаживаю. Загляну одним глазком, проверить, все ли нормально.

Подумаешь, без трусов спит. В конце концов, доверяет мне значит. Да и укрыл я ее.

На всякий случай стучу, но ответа, конечно же, нет. Нажимаю на ручку медленно, стараясь сделать так, чтобы она не щелкнула. Открываю дверь и заглядываю.

Женя спит, разметавшись по кровати и скинув на пол одеяло. В свете ночника вижу ее маняще-длинные стройные ноги.

— Жень, — зову ее негромко. Не реагирует.

Вздыхаю и захожу в комнату. Поднимаю одеяло и замираю с ним в руках, потому что из-под криво застегнутого ворота рубашки выглядывает аппетитная округлость груди и край ореолы.

— Нет, ну так нельзя. — шепчу и присаживаюсь на кровать рядом.

Только нормально застегну и все. Тяну руки и замираю над пуговицами. Кому я вру?

Ладно, я только одним глазком посмотрю и все. Чтобы было что представлять перед сном. В качестве моральной компенсации за ее стеб. Женька все равно не будет знать об этом и не обидится.

Расстегиваю пуговицы на рубашке. Дойдя до последней снова на секунду замираю, а потом медленно раскрываю ее, стараясь сдержать шумный выдох. Как будто я нашел припрятанный родителями подарок и сейчас пытаюсь подсмотреть, что спрятано под упаковкой. Под моей упаковкой — восторг.

Женя… невероятно женственная. Красивая наливная грудь с крупными ареолами и маленькими сосочками. Выпирающие ребра, тонкая талия с впалым пупком. Скольжу взглядом ниже и тяжело сглатываю.

Даже тут как я люблю. Полоска светлых волос так и манит прикоснуться к ней пальцами.

— Богиня, — шепчу, снова сглатывая вмиг ставшую вязкой слюну. Кажется, я как собака Павлова на нее уже реагирую.

Нужно застегнуть рубашку и уйти. А у меня руки будто свинцом налились и не хотят подниматься.

— Жень, — зову ее сиплым от возбуждения голосом. Спит. Крепко.

Озираюсь, будто меня кто-то может увидеть, и аккуратно провожу ладонью от изящной шеи вниз, между двух притягательных вершин, до пупка. Останавливаюсь. Ловлю кайф от ощущения шелковой кожи под своей рукой. Веду обратно вверх, обводя аккуратно грудь уже ближе к ореолам и восторженно смотрю, как сосочки напрягаются.

Понимаю, что это машинальная реакция ее тела, но член все равно дёргается в предвкушении. Облизываю пересохшие губы и склоняюсь над нимфой.