(не) сестра для бандита

Как я могла быть такой беспечной? Почему позволила? А главное! Главное, что мне понравилось, я сама хотела этого, сама льнула к этому хищнику, стонала на столе, как последняя…

— Отпусти меня, — прошептала, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Если я только могла провалиться под землю здесь и сейчас, обязательно бы это сделала.

Глава 21

Тимур

Черт, как же он кончала. Полуприкрытые подрагивающие веки, приоткрытые губы, капельки пота, выступившие на лбу. В жизни не видел ничего сексуальнее, ее стоны сводили с ума, вызывая лишь одно животное желание, желание оказаться в ней, почувствовать ее тепло, сделать своей, услышать ее крики. Она хотела меня, хотела не меньше, чем я, я видел, знал.

— Отпусти, — донеслось сквозь помутненное сознание. Отпустить? Да никогда.

Нет, я не позволю тебе жалеть, не после того, как ты стонала и выгибалась на этом столе, не после твоего оглушительного оргазма. Одному Богу известно, чего мне стоило сдержаться и не заменить пальцы членом, я хотел эту девочку так, что в ушах шумело. — Отпусти, — маленькие ладошки уперлись в мою грудь, в попытке оттолкнуть, но кто бы позволил. Нет, теперь ты моя, мой личный наркотик.

— Тебе ведь понравилось, — прошептал хрипло, припадая губами к впадинке над ключицей, прошелся по ней языком, чувствуя, как падает сопротивление, — всем нравится."

"Не планировал я, не сегодня точно, решил ведь оставить ее в покое, дать возможность привыкнуть и сорвался нахрен. Потому что невозможно было устоять, вошел в кухню и пропал. Потрясающее зрелище: она в это коротком, обтягивающем платьице, маленькая, изящная, я готов был молиться, чтобы она дала мне повод, и она дала. Чертова ложка, полетевшая в меня, предрешила мой дальнейший шаг. Хотел лишь напугать, предостеречь от опрометчивых поступков, но ее реакция, отзывчивость, ее тихие стоны просто не оставили мне ни единого шанса. Только со мной ты будешь кончать, я единственный буду слушать твои стоны.

— Я не одна из твоих шлюх, понятно, — снова толкнула меня в грудь, на этот раз сильнее, я даже отступил от неожиданности. — Ты мне противен.

— Противен? — схватил тонкие запястья, потянул на себя и прижался губами к виску, вдохнул нежный цветочный аромат. Да какого черта ты так пахнешь? — Не надо врать, я ведь нравлюсь тебе, несмотря ни на что нравлюсь, иначе почему ты позволила мне все это?

Я дразнил ее, хотел, чтобы маленький, загнанный котенок выпустил коготки и показал зубки.

— Я не одна из них, я знаю, что ты думаешь, но я не…— ее глаза наполнились слезами и все помутнение как рукой сняло, нет, я все также ее хотел, но эти слезы. Ублюдок. Хотелось кричать, что ни хрена я не думаю, что впервые в жизни ошибся, но слова комом застряли в горле. Все что я мог — смотреть, как из широко распахнутых глаз льются слезы.