(не)Бальмануг. Дочь 2 (СИ)

Вместе, — едва слышно добавил Тихомир, наклоняясь, чтобы теперь осторожно поцеловать ее в губы.

— Вот куды мужику на роды? Им бы, мужикам, все миловаться, пока баба старается да мучается, — гундела в стороне двергиня, сбивая им романтический настрой, загремела каким-то тазиком.

Элиана не сдержалась от смешка, вынужденно прерывая поцелуй. Тихомир тоже фыркнул, потом уткнулся носом ей в макушку, рукой опять стал массировать спину.

— А рубаху мне зачем снимать? — вспомнил Тихомир, обращаясь к двергине.

— Так батя должен в свою рубаху дитя завернуть, коли признает и в род принимает. Чтобы показать духам, что берет на себя заботу об энтом дитя. У вас, хамаков, разве не так?

— Завернем? — поинтересовался Тихомир у Элианы. — Кстати, у шитеров, я узнавал, тоже такой обычай есть, разве только больше для того, чтобы отец оставил свой запах на младенце, завернув его в свою одежду.

— Давай завернем, — почему-то легко согласилась девушка.

Ей показалось, что так будет правильно.

— Так, стриптиз пока отставить! Вы мне вначале родите, а потом уже после всех процедур делайте что хотите, — напомнила им Ярослава. — А сейчас сосредоточимся на деле.

Спустя четыре часа в комнате раздался возмущенный писк.

— Девочка, — устало выдохнула Элиана, принимая на грудь младенца, сверху которого сразу же легла мужская рубашка, укрывая их обеих.

— Вы у меня такие красавицы! — бормотал что-то еще Тихомир, поглаживая свою жену по волосам и целуя.

— Вот лишь бы им только миловаться, — бухтела для порядка двергиня, хотя радость в голосе скрыть не смогла.

Элиана же, прижимая к себе ладонью свое маленькое чудо, ощущая особенный запах новорожденной дочурки, к которому примешивался такой знакомый аромат мужчины, который стал ей близок за последнее время, сомкнула глаза.

Она наконец-то… счастлива? Ее счастье прямо сейчас в ее руках, вернее, под ладонью кряхтит. Ее маленькая дочечка, которую она любит всем сердцем и никому, никаким эйрам не отдаст! Сделает все, чтобы уберечь свою крошку и добиться счастья для нее.

А второе счастье сопит сейчас над головой, положив широкую горячую ладонь поверх ее ладони, вместе с ней поглаживает ее… их дочку. Тихомир был так рад, когда узнал, что ожидается дочь! Сказал, что о дочке даже не мечтал, не удержался тогда от похвальбы, что братья ему обзавидуются.

А Элиана тогда еще думала, что ей пора самой себе завидовать. Как же ей повезло, что судьба, пусть и извилистыми дорожками, но свела их с Тихомиром вместе. Рядом с ним ей было хорошо и тепло на душе. Рядом с ним она наконец-то расслабилась и поверила, что любовь мало того, что существует, но и возможна в этом мире именно для нее!

Не яркая и манящая, какими были эмоции рядом с Вакроком.