Менты не ангелы, но...

 — Вы сразу стали мне «тыкать», а ведь я вам в отцы гожусь! И эта провокация… Я буду жаловаться Президенту! Бог вас накажет…

На улицу Звягинцев вышел весь мокрый.

— Ну что ж, боевое крещение прошел, — подумал он. — Не так страшен черт, как его малюют.

Об Иванове он не думал. Но к вечеру узнал, что ему дали два года условно и выпустили из-под стражи.

— Вот и хорошо, — сказал, узнав об этом, Сан Саныч. — И волки сыты, и овцы целы! А ты переживал!

«Действительно, — подумал Звягинцев. — Надо или работать, или переживать. А раз я выбрал работу, про переживания надо забыть!»

Глава 4 ГИБДД. Колтунов

Южный пост стоит на высоком правом берегу Дона, на холме и двухметровом фундаменте, возвышаясь над шоссе основательно и непоколебимо, как сторожевая башня, контролирующая трассу, идущую через мост на Левобережье и дальше — к Черному морю, мятежным республикам Северного Кавказа и ставшим суверенными государствам Закавказья. Это очень важная в стратегическом и тактическом отношении магистраль, сержант Колтунов хоть и работает вторую неделю, знает, что за сутки по ней проходят шестнадцать тысяч машин в одну сторону и двадцать — в другую. Среди мирных и легальных грузов с юга на север везут «левую» водку, наркоту, оружие и взрывчатку, а с севера на юг перегоняют угнанные машины, перевозят центнеры наличных денег, усыпленных заложников и запуганных рабов. Так что с водителями надо держать ухо востро: среди них вполне могут оказаться и террористы, и бандиты, и просто отморозки, готовые пальнуть в остановившего их инспектора из обреза. Сергей Колтунов, в надвинутой на лоб фуражке и каплевидных солнцезащитных очках, расставив ноги и положив руки на автомат, стоял у подножия крутой железной лестницы, ведущей к Южной цитадели и наблюдал, как лейтенант Сидорчук копается в багажнике раздолбанной черной «волги». Сегодня его задача — быть на подхвате, прикрыть в случае чего, а главное — учиться, учиться и учиться… Солнце светило довольно ярко и ощутимо припекало, с Дона дул приятный ветерок, доносящий аромат разнотравья левобережных лугов.

— Поехал дальше, поехал, быстро! — сержант Вепрев дал полосатым жезлом отмашку проверенной фуре с дагестанскими номерами и, раскачиваясь, как сошедший на берег моряк, направился к новичку. На лице его блуждала блудливая улыбка, наверняка связанная с тем, что он только что засунул в карман своих форменных штанов.

— Ну что, земеля, где лучше, у нас или у вас? — спросил Вепрев с непонятной, но отчетливо различаемой подначкой.

Колтунов пожал плечами, бросил в рот пилюлю, которые сосал, чтобы не сохло горло.

— Здесь теплее. И пост вон, как крепость. У нас будки — времянки: двери с щелями, мы их ватными одеялами обивали.