Названые братья. Степная Луна Белоголовых

Жаркая, горячая волна перетекала от тех мест на коже, где пока еще нежно и томно касались губы близнецов, ниже по телу, скапливалась в груди и жаркими приливами катилась вниз, к животу, до боли , до остроты и невозможного стыдного желания сжать бедра, чуть-чуть унять это, уже немного знакомое по недавним возбуждающим снам состояние.

Ирри, не понимая, что делает, чуть выгнулась в пояснице, запрокинула подбородок выше…

И на мгновение показалось, что оглохла, настолько острая, всепоглощающая тишина наступила… Чтобы через мгновение сорваться в бешеный ураган, закруживший Ирри в диком своем водовороте…

После Ирри, даже специально напрягая память, не сможет вспомнить ни одного отдельного мгновения этой безумной ночи… Или дня? Или вечности?

И забыть тоже не сможет.

На нее набросились с двух сторон одновременно, поглощая собой, своими руками, губами, дыханием влажным и горячим, растворяя в себе."

"Ирри не успевала даже отвечать на бесконечные, жаркие, безумные поцелуи, не успевала стыдиться их порочности, закрываться от настойчивых рук и возбужденного, обжигающего кожу буквально везде, в каждом уголке тела, дыхания. Она ничего не успевала.

Словно в самом деле стихия закружила, с ума свела…

Ирри считала себя опытной, грамотной в общении с мужчинами женщиной, но сейчас весь ее опыт оказался пустышкой, детским лепетом по сравнению с тем, что происходило, что делали с ней близнецы.

Причем, делали одновременно, настолько слаженно, настолько невероятно, что Ирри не могла даже отследить, когда один брат сменялся другим, когда целовал ее в губы Янг, и шептал непонятные, но определенно горячие слова на ушко Раст.

Когда тяжеленные ладони Янга стягивали с нее одежду, легко и практически незаметно, видно, учтя прошлый не самый хороший опыт.

Когда Раст, мягко, но настойчиво разворачивал ее к себе спиной, ставил на колени… А через мгновение Ирри ахала от влажного, ужасно непристойного прикосновения языка там, где никто никогда… Таким образом… Разве это можно? Ах… Выгибаясь непроизвольно, стремясь уйти от того, что непонятно, страшно, безумно, Ирри только бессильно вздыхала, не в силах сдерживаться.

И все это время она смотрела прямо в глаза Янга, оказавшегося перед ней и жадно отслеживающего каждое изменение в ее лице, ловящего губами каждый изумленный вскрик.

Ирри в мольбе тянула к нему руки, не понимая, что с ней делает Раст сзади, и стыдливо не желая принимать эту слишком неправильную ласку, и толком не могла ничего сказать, лишь стонала и закатывала невольно глаза.