Назови меня женой

 — Архип Пантелеевич знает, как я обожаю цветы. — Оглядываю комнату, больше похожую на оранжерею или похоронный зал. Сколько веников приволок мне Василиди за ту неделю, пока я валяюсь с сотрясением? Десять, что ли…

Заботливый наш. Если б не шарахнул головой о металлическую панель, сейчас бы не лежала тут, как в мавзолее.

— Или нет, — неожиданно прошу няньку. — Дайте сюда, Мария Евгеньевна…

И когда та передает мне корзинку с белыми, словно резными, цветами, вдыхаю их тонкий манящий запах и на мгновение замираю от восторга.

— Угодил? — улыбается с порога Архип.

— Они удивительные, — шепчу, не в силах отодвинуть от себя корзинку. — Я и не слышала, как ты вошел… — добавляю тихо.

— Это хорошо, — муж, усмехнувшись, проходит к кровати и, усевшись у меня в ногах, запускает руку под одеяло. — Давай позавтракаем вместе, — предлагает весело. Прямо золотой человек!

Пальцы цепко обхватывают щиколотку. Неприятно и почти не больно.

- Да, — киваю я. — Отличная идея…

— А хочешь, можем спуститься в ресторан. Составишь мне компанию…

— Там слишком шумно, Архип, — пытаюсь отказаться я. Но муж уже тянет меня за ногу.

— Мне нужно проконтролировать пищеблок. Вдруг что-то пропущу, Янна. А ты у меня глазастая…

Уговаривать Архипа бесполезно, убеждать — тоже. Проще встать, одеться и спуститься вниз.

— Хорошо, — соглашаюсь, отставляя на тумбочку ландыши, — сейчас соберусь…

— А я зарезервирую белый кабинет. Не люблю, когда меня от тебя отвлекают.

«Ах, белый кабинет, — вздыхаю я, разглядывая в гардеробной вешалки с одеждой. Останавливаю свой выбор на светлом платье чуть выше щиколоток. Архипу оно нравится. А мне — нет. Но чтобы побыстрее отделаться от мужа, вполне сойдет. На ноги — белые балетки. Волосы собираю в мягкую косицу… Чудесный лук! «Романтическая придурашка» называется.

— Красавица, — довольно шепчет Василиди и, обхватив мою ладонь своей, ведет к лифту.

А мне туда даже заходить боязно. И оставаться с Архипом наедине — тоже. Пересилив себя, делаю шаг. Затем другой. Вздрагиваю, когда закрываются двери лифта, и он бесшумно скользит вниз. К толпам народа, к вечному празднику жизни.

— Давай возьмем детей и удерем куда-нибудь на недельку, — наклоняется надо мной Василиди. А я чувствую, как от его близости все холодеет внутри.

— Хорошо, — соглашаюсь безропотно, точно зная, что никто никуда не поедет.

— Вечерком решим. Днем смотаюсь на Поляну, — говорит муж, обнимая меня. — Агафонов приезжает к Марку. Хочет обсудить какой-то проект. Меня тоже зовут в долю…

— А ты? — спрашиваю с надеждой. Может, удастся увидеть Дуську.

— Сгоняю, — пожимает плечами Василиди. — Послушаю, что предложат. Лернер — мужик крутой. Агафонов тоже. Только если этот придурок Демьяновский в теме, я — пас.