Шут специального назначения

Кровать, платяной шкаф, стол, пара стульев, немалых размеров плазменный экран на стене. И решетки на окнах.

К тому времени, когда кто-то вошел, я уже не спал, а просто делал вид. Валялся голенький, как в бане, в мягкой, застеленной свежим бельем постели и сам себе пытался поставить диагноз. После всего вчерашнего. Или даже позавчерашнего, пока не понял.

Самое интересное, что чувствовал себя я вполне даже неплохо. Никаких, представьте, последствий того, что со мной делали вчера. А может, и позавчера. Напротив, физкультурная бодрость в теле, полнейшая ясность мыслей. Только во рту гадко, как будто зверинец заночевал. Наверное, оттого, что вдохновенно блевал, причем неоднократно.

Приподнялся, сел и открыл глаза, потянулся. Именно в такой последовательности. Ух, ты, здоровяк, один из тех, что паковали меня в офисе. Номер второй из группы мускулистой поддержки. Тот, что не пострадал от моих резких и, как выяснилось, бесполезных телодвижений. Сколько уже лет тружусь по специальности, а все никак не могу научиться вести себя скромно и с достоинством во время задержания.

– Доброе утро, – мило он мне улыбнулся. – Удобства направо по коридору.

В интересную компанию меня занесло, однако. Даже сторожевые гоблины здесь изъясняются не с помощью перемешанного с матом рыка, а вполне себе литературно, как в пьесах об изящной жизни. И достаточно приятным баритоном.

Встал, натянул исполняющий роль пижамы спортивный костюм. Самый, наверное, маленький из тех, что здесь имеется. Все равно я едва в нем не утонул. Прямо на голое тело надел, на нижнее бельишко для меня хозяева дома поскупились.

Удобства оказались вполне удобными. Побрился, долго и старательно чистил зубы. Принял душ, причесался. По ходу дела выяснил, что нахожусь здесь уже вторые сутки, уж больно много шерсти на физиономии выросло.

К моему возвращению стол уже был накрыт. На две персоны почему-то. Как видно, в приличных домах питаться в одиночку не принято. Ну, тогда и нефиг опаздывать. Я, как кашалот, одним глотком проглотил стакан холодного апельсинового сока. Приподнял крышку с тарелки: яичница с ветчиной, то, что доктор прописал. И хлеб у них здесь мягкий и даже теплый, красота.

– Бог в помощь, – повернул голову и замер в удивлении. С торчащим изо рта бутербродом.

Толя, надо же, тот самый… что поприсутствовал еще в той, предыдущей, жизни на торжественно-похмельной церемонии моего награждения в районном военкомате. А после нее призывал меня вести себя хорошо и не баловаться. Вот так встреча.

– Прошу извинить за опоздание, – непринужденно заметил тот. – Дела, дела.

Приземлился на стул напротив меня, намазал маслом хлеб, уложил поверх пару ложек икры. Налил кофе из блестящего кофейника, серебряного по виду.

– Жизнь дорожает, все сразу начали экономить.