Принцесса особого назначения

Я едва держалась на ногах, но папочку, бочком пробравшегося к местам, откуда все было видно как на ладони, заметила. Король, для маскировки нацепивший бороду, совершенно забыл о конспирации и обнял королеву, выражая готовность лицезреть представление.

– Вот демоны преисподней! – выругалась я, осознав, что мое желание пойти и поговорить с родителем неосуществимо по причине заплетающихся ног и языка.

Но… подбодрить героев перед поединком – моя обязанность. А вообще красиво смотрелось – пестрая толпа за спешно выстроенной оградой, белоснежные шатры, яркая весенняя зелень и полуголые Динар и касеро Оверх… А Динар весьма и весьма… снова любуюсь природой!.. Однозначно, пойду подбадривать первым рыжего… вторым рыжего, а потом… а, неважно, снова рыжего.

В бурно шатающемся мире я уверенно дошла до далларийца.

– Дорогой Динар! – начала я и поняла, что он почему-то тоже шатается.

Странно, нужно его остановить, не могу же я так говорить напутственную речь.

– Стоп, стоп, – меня схватили за плечи, чуть встряхнули, – Кат, да ты на ногах не стоишь. Хантр, ты что ей дал?

– Семедейку, – признался мой телохранитель и начальник стражи.

– Э-э-э, Хантр… хотя… так даже лучше. – И даллариец наклонился ко мне. – Поцелуешь героя?

Что? Это он вообще к чему?

– Легко! – решительно заявила я.

В следующую секунду со стороны толпы раздалось дружное «Ах!», а затем единичное: «Катриона!» Вот так папочка, ничего в конспирации не понимает!

– Моя красавица, – ласково прошептал Динар, оторвавшись от моих губ и поглаживая большими пальцами удерживаемое в ладонях лицо.

– Иди и… победи, – заплетающийся язык на более развернутую речь не был способен.

Кайсеро Оверх, обиженно поглядывающий на проигнорировавшую его меня, картинно вскинул лук и, натянув сверкнувшую на солнце тетиву, пустил оперенную белым стрелу… в яблочко! Вторая рядом с первой, и так по кругу, в результате вокруг первой остальные словно идеально круглый хоровод водят. Эх, пропал мой рыжий. Зря целовала.

Динар на линию, отмеряющую пятьдесят шагов до мишени, вышел неторопливо. Отбросил медные волосы назад и посмотрел на меня… Надеюсь, мои коленки дрожат от чрезмерного злоупотребления магической сивухой… или как ее там называют… не забыть наслать на них стражников.

А затем герой всего Оитлона – придворные открыто болели за него – вскинул лук, стрела легла поверх едва не звенящей от натяжения тетивы и… в яблочко! Ну, хоть лицом в грязь перед степняками не ударил. Следующая стрела… Придворные замерли, кто-то из дам крикнул «Айсир Динар, я люблю вас!»… ха, не ты одна, милочка, тут весь двор взирает на далларийца влюбленными глазами.