Принцесса особого назначения

 – Динар поймал мой гневный взгляд и тут же исправился: – Продолжай!

– Аршхан, он… краси-и-ивый, идеальный, добрый, ответственный, он…

– Эпитеты в его адрес я выслушивать не подряжался! – заявил Динар.

– Заткнись, я тебе душу изливаю, а ты… язвишь по поводу и без. Так вот… Он весь тако-о-ой, а я… никакая, понимаешь?

– Ты тупой! – не сдержалась я.

– А ты слепая! – не выдержал даллариец. – Мне проще пойти довести до полной капитуляции лорда-взяточника, чем выслушивать о твоей сопливой любви!

– Это я собиралась довести лорда-взяточника и успокоилась бы, а так… сиди и дальше слушай!

Динар уже вскочил и собирался выйти, но медленно вернулся, подошел и стал так, что ногами казался моих коленей, но меня это не беспокоило.

– Понимаешь, – я протянула руку и поправила его воротник, вот бесят меня загнутые уголки, – Аршхан, он идеальный, но… я даже не знаю, о чем с ним… говорить…

– Правда? – оживился Динар. – Так, значит, он свои права мужа еще не использовал?

– Думаешь, поэтому? – я удивилась. – А после этого у нас будет, о чем поговорить?

– Утырка-а, – протянул даллариец, – ты умнейшая из всех женщин, что я знал, но в то же время такая… дура!

Я снова вздохнула, перевела взгляд с темных стен на его тусклые в полумраке камеры волосы и ответила:

– Вот отец мне говорит то же самое всегда… обидно.

Динар придвинулся еще ближе, фактически прижав меня к столу, и, мягко взяв за подбородок, чуть наклонился:

– Кат, единственное, о чем я сейчас могу думать, это о том, чтобы опрокинуть тебя на этот стол, сорвать с тебя платье и завершить то… что не сумел ни в доме коменданта, ни в Хорнассе, понимаешь?

– Нет… А ты что, и сейчас жалеешь, что не убил меня тогда?

За минутой молчания последовал спокойный ответ:

– Вот меньше всего я думал об убийстве, – с каким-то намеком произнес Динар, – но… вот прямо сейчас эта мысль показалась мне здравой. А разве ты не жалеешь, что мы… не завершили начатое в спальне?

Я посмотрела на его серьезное лицо, на чуть вздернутую, словно молчаливо вопрошающую, левую бровь и искренне ответила:

– Нет, я не жалею, что не убила тебя там… И в ванной… хотя потом очень жалела, что пыталась придушить, вместо того чтобы добить чем-то тяжелым…

– ЧТО?! – он завопил на всю камеру, и остается лишь порадоваться, что звукоизоляция здесь хорошая.

– Что значит «что»? Ты спросил, а я ответила, – хотелось уже слезть со стола, но полная гнева физиономия рыжего нависла надо мной, вынуждая чуть ли не лечь. – Ты тоже меня убить хотел!

– Но не убил! – возмутился Динар.

– Но ты хотела и пыталась!

– Так, вот давай не будем! – Я была вынуждена отогнуться назад настолько, что чуть ли не на согнутые локти опиралась. – Если вспоминать все, что у нас было… перемирие быстро завершится.