Назад в СССР 6

— Ладно, красавица. Пока. В гости не зову, сам, если что, заскочу.

— Пока, Андрей. Если что новое по Глебу Львовичу будет, ты мне, пожалуйста, сразу сообщи. Не чужой человек был. До сих пор иногда в подушку плачу.

— Обязательно, Галь. Найду я его убийцу. Обещаю…

Уже за дверью, правда, я поморщился от собственных слов. Не любил я обещать, да и не всегда эти обещания исполнялись так, как можно было бы себе представить.

Вот так я и вышел от Федоровой, раздумывая над дальнейшем планом. Пазл в голове у меня сложился. Теперь я уже предполагал, кто мог убить Дубова с вероятностью процентов в восемьдесят, а то и в девяносто. Вот только зачем он это сделал? Каков мотив? Чтобы ответить на этот вопрос, мне надо кое-что проверить. Для этого я направился прямиком в городское УВД.

Проскочил через дежурку, мимо восьмого кабинета, где заседал Горохов (нежелательно, чтобы он меня видел сейчас), и очутился возле приемной, в которой восседала работница канцелярии и стучала по клавишам пишущей машинки.

Молодая ладная девушка в костюме в полоску с красивым и глупым лицом. Странно. А куда Петровну дели? Раньше здесь сидела пожилая женщина-фронтовичка. Видно, Сафонов сменил “интерьер” в своей приемной. Неприглядность и опытность заменил на лоск и глупую молодость. Что ж… В его духе.

— У себя? — кивнул я на дверь с вывеской: “начальник УВД подполковник милиции Сафонов В.И.”

— А вы кто? — девица умудрилась взглянуть на меня свысока, хотя сама при этом продолжала сидеть. — Вы записывались?

— Нет. Я только спросить, — улыбнулся я и шагнул к двери.

— Подождите! — секретарша вскочила со стула. — Туда нельзя!

Я отмахнулся от нее, как от назойливой мухи и потянул дверь. Двери, как всегда, у начальства двойные. Чтобы никто подслушать не мог. Открыл наружную, а во внутреннюю уже постучал и толкнул ее от себя:

— Разрешите?

— Валерий Игоревич! — прыгала за моей спиной секретарша. — Я его не пропускала! Он сам.

Не дожидаясь разрешения хозяина кабинета, я шагнул внутрь и захлопнул за собой дверь, чтобы отсечь вопли “привратницы”.

Огромный кабинет дышал пафосом. На стенах непонятные картины, по углам огромные вазы и даже статуэтка, совсем не похожая на бюст Ленина. Длиннющий стол из темной полировки в виде буквы “Т” упирался в развалившегося на кожанном кресле Сафонова. Блин. Откуда такое кресло у него? У членов Политбюро и то скромнее, наверное.

Сафонов сидел и хлопал на меня глазами. Никак не ожидал, что я так бесцеремонно ворвусь в его “тронный зал”, к которому даже начальники теперь приходили с поклонами, по предварительному звонку секретарше – и входили робко, мялись у двери и ждали команды шагнуть дальше. Прошлый начальник УВД в этом плане проще был. Принимал всех по простому панибратскому стуку в дверь.