Назад в СССР 6

Знай наших…

***

Погодин выполнил обещание и раздобыл для меня адрес убитого Гребешкова. Приперся с утра пораньше ко мне в общагу. Разбудил нас с Соней, не дав насладиться утром в объятиях друг друга. Посчитал, наверное, что раз я его заставил на работу идти, и он мне обязан чуточку подгадить. Нефиг спать, если служба не ждет.

Пока Соня накидывала халатик, я держал гостя в коридоре. Потом только пригласил внутрь:

— Чай будешь с булочками?

— Это можно, — довольно прокряхтел Федя.

— Тогда держи рубль, сгоняй в булочную. Нам возьми с маком, а себе, какую присмотришь.

— Э-э, Андрюх. Я могу и без булочек обойтись.

— Жаль, тогда бутерброды с маслом опять на завтрак.

— Что ты гостя гоняешь с утра пораньше? — возмутилась Соня. — Сейчас я омлет сделаю, с колбаской обжарю. Будешь, Федя, с нами завтракать?

— А за яйцами не надо идти? – опасливо переспросил тот.

— Нет.

— Тогда буду.

— Как там у вас на работе? — Соня хитро прищурилась. — Слава Богу, мой теперь дома чаще бывает, благодаря больничному. Нет худа без добра…

— Да нормально все, — отмахнулся Погодин. — Работаем.

— А психованная тоже работает, или она для антуража у вас?

— Какая психованная? — не понял Федя.

— Не психованная, — поспешил поправить я. — А психологиня. Это мы Светлану Валерьевну так называем.

— Я так почти и сказала, — глаза Сони сузились, и взгляд впился в меня.

— Ну, не-е… Ожегова молодец, — вступился Федя за Свету по незнанию . – Умная, и подход к мужикам умеет найти.

— К мужикам? — фыркнула Соня.

— Ну да, мужики же, в основном, преступления совершают. Вот она с ними и беседует…

— А как же муж ее относится к такой работе?

— Так она не замужем! — сдуру выпалил Федя. — Нет у нее никого!

Уши Сони окрасились в цвет запрещающего сигнала светофора.

Она сжала кулачки и прикусила губу, а я притворился табуреткой и пялился в окошко на взъерошенного воробья на тополе. Ничего не слышу, ничего не вижу.

— Хотя нет, — продолжал сливать инфу Погодин. — Тут в УВД ухажер у нее объявился. Цветы дарит.

— Это тот букет из гвоздик? — оторвался я от птицы.

— Да нет, уже второй подарил. На этот раз розы.

— Когда? — спросил я.

— А тебе какая разница, Петров? — зыркнула на меня Соня.

— Да просто любопытно. Коллега все-таки.

— Смотри. Как бы я тебе больничный не продлила, — Соня схватилась за чугунную сквородку, с которой собиралась идти на общую кухню, но при этом как-то угрожающе ей покачала.

***

Я надавил на кнопку дверного звонка, что была приляпана небрежно на стену слоями заскорузлой краски, больше напоминавшей застывшую лаву. Дверь, обитая красным дерматином (роскошь, однако), никак не реагировала на пронзительные бзыканья.

— Дома никого нет, — уверенно заключил Федя.

Он решил отправиться к жилищу Гребешкова вместе со мной.

— Нет.