Назад в СССР 5

— Входи, Андрей Григорьевич! — Горохов протянул мне руку, я уже оказался возле его стола, и разрешение войти оказалось простой формальностью, сказанной самым дружеским тоном."

"Справа от следователя на стульях, что расставлены вдоль стены, сидели Света и Катков. Лица тоже довольные и одновременно чуть напряженные. Будто охотничьи собаки в предвкушении долгожданной охоты.

— Привет, — Света встала навстречу и протянула руку.

Вместо того, чтобы ее пожать, я ее чмокнул. Будто игриво, но все равно, окружающие уловили флюиды не просто галантности с моей стороны.

Катков, что “стоял в очереди” за приветствиями, вдруг нахмурился и даже попытался сесть обратно на стул, не пожав мне лапу. Но я вовремя его заметил (наверное, он подумал, что снизошел) и широко распахнул ему свои объятия, чтобы хоть немного растопить ледок с его стороны.

— Здорово, Алексей! — я чуть приобнял пухляша и похлопал по спине. — А ты, я смотрю, схуднул чуть-чуть?

— Схуднул? — тот забрезжил слабой улыбкой. — Правда?

— Конечно, — произнес я вслух, а про себя добавил, — нет.

Алексей украдкой бросил взгляд на Свету — оценила ли она то, что он теперь стройняшка. Света смотрела на нас обоих и улыбалась. Катков принял это на свой счет, мельком оглядел свой живот, втянув его до отказа, даже дыхание задержал. Чего только не сделаешь ради любви. В том, что он по уши влюбился в психологиню, я теперь нисколько не сомневался. Наверное, никто не сомневался. Казалось, только твердолобый Горохов ничего не замечал. Но, скорее всего, он просто делал вид при подчиненных. Этакий служака, которого интересуют лишь дела рабочие, а все остальное побоку.

— Итак, товарищи! — командным голосом прервал он нашу приветственную болтовню. — У нас есть новое дело. Точнее сказать, дела. Не объединили их еще.

— Что там, Никита Егорович? — спросил Катков, еще не отошедший от радости внезапного похудения. — Убийства? Изнасилования? Очередной маньяк объявился?

— Маньяков пока новых нет, тьфу-тьфу, — Горохов постучал по столу. — Но есть преступление похуже…

— Что может быть хуже маньяка? — Катков раскрыл рот.

Горохов обвел нас хитрым взглядом и загадочно улыбнулся:

— Хуже маньяка может быть только женщина-преступница. Естественно, серийная. В общем, дело такое. Все произошло в Волгограде полгода назад. Потерпевший Золотов Алберт Евграфович, уже не пионер давно, за пятьдесят мужику. Начальник управления образования Волгоградского облисполкома. Мужчина солидный, в прошлом педагог со стажем. Разведен. Познакомился на конференции с молодой учительницей. На вид около двадцати пяти-тридцати лет. Воспылал к ней интересом естественным на почве внезапно возникших личных приязненных отношений.