Назад в СССР 2 (СИ)

Выброска*(водолазная выброска — тонкий пеньковый канатик) в руке подрагивала, значит, там, наверху, к ней прикрепляют трос.

— Готов? — спросил мичман.

— Пионер всегда готов, — выдохнул я, понимая,что сейчас начинается самое главное.

Я потянул выброску, она легко подалась. Тянул долго, пока над головой в сине-черных слоях воды не показалась какая-то тень. Трос. Вот он.

Теперь нужно не запутаться в петлях выброски на дне. Очень неприятная ситуация. Можно потерять «лапоть», а это «балерина». Дерьмовая позиция, только со стороны смешно. Но не тому, кто под водой.

«Балерина» это когда вверх задирается одна нога, как у танцовщицы Большого Театра, и человек под водой ничего не может с этим сделать.

Хуже только «балерина» со всплытием. Не дай Бог! — нога задрана вверх, водолаза переворачивает и выбрасывает на поверхность вниз головой.

— Стоп! Хорош травить! — скомандовал я. Травить прекратили.

Теперь надо было захлестнуть петлю троса за кольцо. Я осторожно придвинулся к молчаливому чудовищу, дотронулся рукой до стылого металла. «Даже, не вздумай, милая! Хочешь ты того или нет, я тебя забираю домой»

Она будто жалобно заскулила. Это я процарапал тросом ее бочину. Чтобы обхватить «Пятнашку» петлями, мне пришлось повозиться. Я трижды проверил обвязку тросов.

— Порядок, — сказал мичман. — Потащили в морс.

Похоже моя миссия успешна. На самом верху дали добро на всплытие. Но, как говорится, не говори гоп, пока не хоп хэй лалалей.

— Выходи на выдержку, пионер — всем ребятам пример! — приказал мичман повеселевшим голосом.

— Есть выходить на выдержку.

Немного раздув скафандр воздухом, и держась за спусковой канат, я направился вверх. Вода светлела, вновь приобретала голубоватый цвет.

— Стоп! — приказал мичман. — Первая выдержка. Сиди!

Я, держась одной рукой за спусковой канат и регулируя воздухом плавучесть скафандра, повис в соленой воде между поверхностью и дном.

Что-то в этот раз поленились и не сделали «беседку». Это такая доска, прикрепленная к двум канатам, которую обычно ставят для водолаза при глубоководных погружениях. Не все могут зависнуть. Доска помогала держаться.

Для меня это было нетрудно — я легко управлял воздухом в скафандре и давно мог болтаться, как поплавок, на любой глубине.

Меня учили, что самый важный навык для таких как я — владеть воздухом в скафандре. Но прежде чем я постиг эту сложную науку, с меня спустили семь шкур, а потом еще раз семь по семь.

Всякое бывало пока учился. И «сушить лапти» выбрасывало, и в трюме затопленного корабля, заблудившись, искал выход..

В этом сне я осознавал себя опытным водолазом. Знал много тонкостей своего ремесла. Например, знал, что идти под воду с насморком — заведомо рисковать своими барабанными перепонками.