Назад в СССР 2

По очертаниям похоже на динамитные шашки. В СССР динамит уже давно не производили, но старые запасы из шахт еще гуляли по стране в незаконном обороте.

Я подошел ближе к тем, что стояли с ружьями, мигнув Петровичу. Попробую их разговорить. Закурить попрошу. А может, отвлечь и ружья выхватить? Одному в глаз, второму сразу в челюсть? Хотя нет. Опасно. Сразу с двумя такое не прокатит, эти не лыком шиты. Одного еще можно успеть вырубить, а второй пальнет с испугу. Нельзя рисковать, буду притворяться добреньким.

Но тут в разговор неожиданно влез Погодин. Он достал удостоверение и широким жестом махнул корками. Твою ж мать! Как не вовремя! Хорошо еще, что я Антоху с Трошкиным в город отправить успел… Уцелеют — а может, и про дым расскажут поисковикам.

— Милиция! Убрать ружья! Инспектор уголовного розыска старший лейтенант Погодин! Я задам вам несколько…

Но его не дослушали. С криком “атас, менты!” двое снова вскинули стволы, а кирзомордый оскалился и схватился за топор, выудив его со дна лодки.

Петрович среагировал быстро. Сдернул с плеча ружье так, что я и глазом не успел моргнуть. Наставил его на отморозков и крикнул:

— А ну, не дурите! А то пальну!

— Стреляй, дед! — главарь, поигрывая топором, шел прямо на него, лыбился щербинами зубов. — Только потом мои ребята всех положат. У тебя один патрон, один выстрел, а у них двустволки. Сечешь?

Те двое держали нас с Погодиным на мушке. Расклад явно не в нашу пользу. Черт! Рано Погодин влез, ребятки явно с законом не в ладах. Судя по татуировкам — из сидевших. Плюс динамит у них незаконный, а это уголовка.

Браконьер подошел вплотную к фронтовику и, схватившись за ствол его ружья, приставил дуло к своему лбу:

— Ну что дед, стреляй… Не тяни.

— Повезло тебе, выродок, — процедил Петрович, опуская ружье, — что не ППШ у меня. Я таких, как ты на фронте голыми руками…

Главарь выдернул у Петровича из рук ружье и плюнул ему под ноги:

— Прошло твое время, дед…

Потом он повернулся к своим:

— Свяжите их, мужики!"

"— Седой, — обратился к нему браконьер с мордой широкой, как чугунок. — Что делать с ними будем? Отпускать их никак нельзя. У нас же УДО. Загремим по полной…

— Без тебя, дебил, знаю! И не пали мою кликуху. Теперь точно пришить их придется. Ты будешь виноват в их смерти.

— А я что? Я не против… — оскалился мордатый.

Глава 25

Мы сидели и “загорали” на песочке со связанными за спиной руками. Отморозки спешно грузили рыбу, иногда косились на нас, о чем-то перешептываясь.

— Федя, — тихо проговорил я. — Как же ты не вовремя вылез…

— Я думал, они увидят, что я из милиции, и сразу сдадутся…

— Были бы мы в городе, так бы и произошло, но в глухом лесу свои законы.

— Как думаете? — в голосе Феди сквозила тревога. — Что они с нами сделают?

— А, хрен знает, что у них на уме, — ответил Петрович.