Назад в СССР 2

Теперь на всех уровнях официально признали наличие серийного убийцы. Что будет-то!

— Следственная группа из Москвы, — задумчиво, с грустью в голосе проговорил Паутов. — Рановато они. Мы еще не успели толком по Зверевой поработать, а они уже мчатся… Дело у нашего управления заберут. А мы все на подхвате будем у них, как пацаны. Давненько такого не было. Последний раз такое припоминаю лет десять назад, когда на нашей трикотажной фабрике директора и главбуха разоблачили, что они продукцию налево производят, и не ту, что по в плане и ГОСТах указана, а более востребованную и дефицитную. Цеховиками их обозвали. Шуму было на полстраны. Столько москвичей тогда понаехало! Скверное дело было. Под прицел все попали. И горком, и другие предприятия, и даже тогдашний начальник УВД. Молодые вы, ничего не помните, но начальника нашего сняли тогда. На пенсию его ушли.

— За что? — удивился Федя. — Неужели тоже с фабрикой связан был?

— Да нет, конечно! Но не простили ему этот скандал. Мол, как допустил, что под носом такие хищения соцсобственности.

Паутов хлопнул дверью. Федя подошел ко мне:

— Как думаешь, Андрюх? Почему маньяк убил в этот раз в квартире? И убитая — тетя вроде взрослая, не девушка уже.

— Хрен его знает, Погодин.

— Там… Это… Не знаю, как сказать. Наши Трошкина притащили в отдел.

— Зачем? — спросил я, хотя прекрасно знал, зачем."

"— Они когда на фабрике опрос проводили, люди сказали, что он за убитой увивался. Смотрел на нее с вожделением. Ходил хвостиком. Это же про него ты рассказывал, что он за начальницей бегает? Стали его спрашивать, что да как, а он ничего не говорит, только рыдает. Думаешь, это он, Андрей?.. Илья же не такой. Я его знаю недавно, но сразу видно, что на убийство он не способен. Или да?

— Бл*ть! — я с остервенением потер глаза, будто хотел проснуться.

Но это не сон, Зверева мертва. Зина мертва. Они работали вместе. Далеко ходить не надо, чтобы понять, что убийца их обеих знал и, скорее всего, работал вместе с ними. Черт! Илья…. Если это ты, я тебя убью…

Заметив мою бледность, Федя проговорил:

— Не переживай, Андрюх. Приедут москвичи и разберутся. Там, говорят, лучшую команду собрали. Ту самую, что по Мосгазу работала.

— Ага, разберутся. Не всегда, Федя у нас в Союзе приговоренные осуждены за свои делишки. Ошибочки бывают сплошь и рядом.

— Да ты что? Думаешь расстреливали невиновных? Не может быть.

Федя буквально с лица спал, будто я про его родного отца что-то нехорошее говорил.

— Не думаю, а знаю. Никто этого афишировать не будет. Расстреляли по-тихому, не он оказался. Следующий пошел… Всегда так было и долго еще будет.

— Ты что такое говоришь? Не было такого!

— Эх, Федя. Как бы я хотел в это верить. Не буду спорить. А ты что пришел-то? Про Илью рассказать? Спасибо, что предупредил.

— Не только.