Назад в СССР: 1985. Книга 4

Сегодня, двадцать третье июня — тот самый день, когда нас первый раз отправляли на Чернобыльскую атомную электростанцию. Черт возьми, сколько же я ждал, чтобы этот момент наконец-то произошел?!

Все было официально.

Мы въехали на территорию через главный контрольно-пропускной пункт, располагающийся перед прудом охладителем. Сразу справа располагался машинный зал первого энергоблока. Его длина была около восьмисот метров, насколько я помню. В самом конце, где располагались седьмой и восьмой турбогенераторы, справа размещался четвертый энергоблок. Именно на нем сейчас работал мой отец.

Но автобус вдруг остановился, зачем-то развернулся и выехав обратно, встал у главного входа в административный корпус.

На всех нас, включая офицера, была одинаковая недавно введенная темно-синяя форма, поэтому выглядели мы довольно серьезно. Если взглянуть со стороны, то можно увидеть спецгруппу из восьми человек. Корнеев от нас не сильно отличался, разве что погонами. Преподаватели, что сопровождали нас, остались в гражданской одежде — у них была своя программа.

Нам сразу же выдали временные пропуска, внесли в списки лиц, допущенных для прохода через проходную. Каждый получил индивидуальный накопитель — их все время нужно было носить на груди.

Там же, на главной проходной, был организован специальный пункт дозиметрического контроля. Вроде как два в одном. Нельзя было выйти со станции, если человек, его одежда или обувь фонили — приходилось проходить обязательную дезактивацию. Но такие случаи были редкостью.

На меня сама собой накатила ностальгия… Через эту проходную я проходил всего один раз — когда был туристом, в две тысячи двенадцатом году. Тогда она уже не работала, все каналы были открыты. Территория остановленной АЭС казалась мне унылой, мрачной и практически безлюдной.

Именно через это место на станцию попадал весь рабочий персонал АЭС. Миновать пост дозиметрического контроля было практически невозможно. Ну, разве что для управляющего состава станции.

Прямо перед собой я видел огромную, сделанную во всю стену, надпись: «Чернобыльская атомная электростанция имени В.И. Ленина».

Испытал сильные чувства, только вот сам не понял, положительные или отрицательные. Наверное, все-таки первое.

Если у остальных моих сослуживцев интерес к окружающему был постольку-поскольку, то я таращился во все глаза как ненормальный. Ну, еще бы. Ведь для меня ЧАЭС была своеобразным памятником, символом того, что бывает, когда атомная энергия выходит из-под контроля человека. И не важно, по каким причинам.

То, как все здесь было устроено до аварии, я видел только по старым фотографиям и документальным фильмам.

— Ну что, товарищи курсанты! — ухмыльнулся Корнеев, глядя на наши растерянные лица.