Шиворот-навыворот

Потом она прошла в комнату, где жила с детьми, и аккуратно опустилась на кровать, укладывая рядом Мишутку. Лиля погладила сына по спинке, утешая и убаюкивая. И когда малыш заснул, она тоже чуть прикрыла глаза и позволила себе хоть немного подремать.

— Ну, я тебя умоляю, Слава, хоть сегодня не проморгай ты нашу вдову, — сердечно попросила телефонная трубка голосом полковника Шульгина. — У нас к ней вопросов накопилось…

— Может, ее во всероссийский розыск объявить? — вежливо осведомился Лобанов.

Трубка сотряслась всевозможными ругательствами и отключилась. Смысл сказанного начальником сводился к получению огромной ""дыни"" со стороны высшего руководства в случае объявления вдовы в розыск.

— Я и забыл, что Дунаев имеет к этому делу особый интерес, — почесал затылок Лобанов.

Оставалось надеяться, что на сегодняшнем мероприятии она объявится. Во всяком случае, должна.

И что там развернется, одному богу известно. И нужно обязательно поспеть к финальному акту.

Он прилетел в город, показавшийся ему шумным и грязным, рано утром. По дороге с вокзала отметился в местном уголовном розыске, получил автомобиль ""Ваз-21214"", выпущенный задолго до строительства ""АвтоВАЗа"". В придачу к автомобилюприлагался капитан Шестаков, прикрепленный к Лобанову для помощи и содействия. Машина, несмотря на свой затрапезный вид, имела хороший и бесшумный ход.

— Двигатель от мессершмидта, — вяло пошутил Шестаков. — На кладбище еще рано ехать. Гражданская панихида начнется в двенадцать в музыкальном театре. Потом похороны, отпевание в храме. Да, кстати, поминать Корабельникова собираются раздельно.

— Это как? — удивился Лобанов.

— А у него была вторая семья. Сергей Валентинович жил с молоденькой соплюшкой, лет двадцати. Поэтому у гроба соберутся две вдовы, которые друг друга терпеть не могут, готовят двое поминок.

Встретив недоверчивый взгляд Лобанова, Шестаков добавил:

— Я узнавал. Это точно.

— А как мы определим, куда наша вдова явится?

— Просто мы сейчас в одно место прокатимся.

— Какое одно место? — возмутился Лобанов.

— Прошу послать нас с женой в одно место, — хохотнул Шестаков и добавил: — Ваш покойничек и наш покойничек крепко дружили с одним нашим кандидатом в покойнички. Вот его сейчас и навестим.

— Каким кандидатом? — оторопело спросил Лобанов. Шестаков выводил его из себя своими дурацкими шутками.

— Дружба крепкая не развалится, — пропел Шестаков дурашливым голосом.

Лобанов смотрел на него как на полного идиота.

— Да ты пойми, если Лиля Цагерт в Городе, то жить она может только у Вити Пахомова, — заверил его Шестаков.

— Но ваши же люди проверяли, — возмутился Лобанов.

— Проверяли, — добродушно кивнул Шестаков.