Шиворот-навыворот

Мишка открыл глаза, посмотрел на него сонным, затуманенным взглядом, позвал плаксиво маму, и, прижавшись к Ивану, засопел дальше. Лиля наблюдала за этим с большим изумлением. Ее капризный сын рыдал на руках у собственной бабки или тетки, редко шел к посторонним людям и не улыбался на всякие ""агушечки"" и ладушки.

— Серьезный молодой человек, — комментировал такое поведение Иштван.

Сейчас их сын безмятежно спал на руках у совершенно постороннего для него человека, слегка приоткрыв рот.

— Смотри, парень-то весь вспотел, — сказал Иван и аккуратно поправил мокрые от пота волосы.

— Он не привык к такой жаре, — ответила Лиля.

— Сидели бы дома под кондиционером… — парировал Бессараб.

Она ничего не ответила и принялась лихорадочно разглядывать банки с белым месивом. Видеть Ивана с ее сыном на руках было удивительно приятно. Он держал его бережно, как собственного ребенка. И со стороны могло показаться именно так.

""Со стороны они похожи на семью"", — подумала женщина, остановившись около полок с ""Перье"". Ей вдруг захотелось разглядеть спутницу Ивана, стоявшую в пол-оборота. Посмотреть бы на ту, на кого с такой любовью и нежностью глядит сейчас Иван Григорьевич. Но вот она повернулась, и женщина около стеллажа с минеральной водой тихо ойкнула. Вот так поворот. Лиля Цагерт, собственной персоной. Почти не изменившаяся, несмотря на прошедшие пятнадцать лет, только осунувшаяся от горя. И то, что рядом с ней стоял Бессараб, теперь многое объясняло, и многое, если не все, делало тщетным и ненужным.

""Нужно заехать в турагентство и купить хороший тур, куда-нибудь в Южную Азию или в Мексику"", — почему-то подумала женщина, наблюдавшая из-за полок.

— Вам плохо? — окликнул ее охранник.

— Нет, нет. Все в порядке, — через силу улыбнулась она и побрела к кассе. Потом, выйдя из магазина, села на первую попавшуюся лавочку и позвонила внучке.

— Манечка, может, съездим с тобой куда-нибудь? Развеемся? — словно ничего не произошло, бодро спросила внучку профессор Сердюкова.

Зоя долго вертела в руках телефонную трубку, не обращая внимания на гудки. Да, давно ей не приходилось так удивляться.

Надо же, жена. Чушь какая-то. И, вообще, кто-нибудь присутствовал на свадьбе? Странно, что Иван, совершенно не приспособленный к браку и тяготившийся разными рода обязательствами, на ком-то женился. В это трудно было поверить. Хотя…

Зоя набрала знакомый номер.

— Говорите, — манерно потребовали на другом конце провода.

— Ольга Николаевна. Это Зоя, — защебетала она по привычке. С Иваном они расстались года четыре назад, а с его матерью отношения оставались дружеские. Они нет-нет да и встречались где-нибудь в ресторанчике. Или вместе устраивали походы по магазинам.

— Да, детка, слушаю тебя, — Голос стал заметно теплее.