Сквозное. Навылет

— Мы возместим, — тихо заметил Гриша, видно, решив чуть пригасить общий накал.

Но Шуст молчал, продолжая в упор смотреть на доктора, который с ним взглядом почему-то не решался встречаться. И ему это, охренеть, как не нравилось…

— К ней нельзя… — опять тихо заикнулся.

— Я хочу поговорить со своей женой, ***! И я с ней поговорю…

Ругнуться не успел, потому как Жовнеренко что-то вообще лицом поплыл.

— Тала в коме, — пролепетал так, что Шусту пришлось перестать дышать, чтобы услышать. Или горло само отказалось работать?..

В голове, будто граната рванула… Что, бл*?!

— Мы решили, что это будет лучшим выходом в ее ситуации…

Глава 22

«Пожалуйста, не умирай,Или мне придется тоже.Ты, конечно, сразу в рай,А я не думаю, что тоже.Хочешь сладких апельсинов?Хочешь вслух рассказов длинных?Хочешь, я взорву все звезды,Что мешают спать?Земфира «Хочешь»Ему хотелось орать благим матом! И крушить все, что только достать сможет, до чего дотянется… Шуст и ревел в голове, в груди клекотало на разрыв просто! Но сам он стоял молча и неподвижно в общей палате реанимации…

В общей, бл***! Где еще два человека за шторками лежали!..

Ладно, вдох. Спасибо, что не пять и не все забито.

И, заставляя себя дышать на семь счетов, Денис просто держал в своей огромной пригоршне тонкие пальцы Талы так, словно те из хрусталя, и треснут не то что от движения неосторожного, а от грубого звука…

Грудь рвало воздухом, которого то не хватало, то слишком много было для забитых никотином легких. А он стоял, сам себя ощущая каменюкой, вросшей в бетонный пол, и лишний раз шевельнуться боялся, чтоб ничего не нарушить… и чтобы свою издохшую выдержку не снести нафиг волной ярости.

Выдохнул под писк монитора Талы, который с другими такими же мешался за этими долбанными шторками!

Убил бы всех нахер! Но не мог ее руку отпустить…

И побоку заверения врача, что они все продумали. В лес! Туда же уговоры про «контролируемую кому» и «медикаментозный сон на несколько суток», чтоб не надрывать и без того истощенные резервы организма Талы и стабилизировать ее психику, дав шанс восстановиться! Да, он и сам мог признать, что видел в последние дни ее слом и надрыв, было. Но…

В бездну это все! Ему точно нужно еще одно независимое мнение. И Денис собирался достать самого лучшего специалиста для своей девочки! А не вот это вот все мракобесие пытаться пригладить и в приличный вид привести…

Ладно, Жовнеренко был один из лучших, а он просто зол и в диком бешенстве. Но «один из» все же не «самый». Вот и найдет еще одно экспертное мнение. Проконсультируется…

Ощущение страха внутри жесткое, изгладывающее, необоснованное же фактами, по сути, а сильное до того, что аорту рвет! Будто единственное, что должен, права не имеет прекратить, — держать Талу за руку.