Навстречу счастью

За что и почему — непонятно.

Еще через день сначала Сергея, а затем и Инну пропустили к Тамаре в палату, и та попросила подругу на время переселиться из гостиницы к ней в квартиру.

— Помоги Сережке, не дай ему закостенеть изнутри, — тихо произнесла она. — Ему сейчас не легче, чем мне, но он держится, потому что организм молодой и крепкий. А вот я поизносилась…

Инна тут же согласилась и к вечеру обосновалась в квартире Крапивиных. Как и о чем она беседовала с Сергеем по вечерам, никто не слышал, но к концу недели он и сам ей признался, что «оттаял», стал по-иному смотреть на кое-какие вещи. В том числе и на обстоятельства, которые когда-то развели мать с отцом. Признал он и то, что рано или поздно им всем придется налаживать отношения, а потому не стоит воспринимать в штыки любые попытки общения.

Правда, отношения с отцом, с которым он столько лет мечтал познакомиться, складывались со скрипом. Из-за разгоревшегося в Москве конфликта Радченко появлялся в Минске в лучшем случае раз в неделю. По ходу дела вскрылось немало других махинаций Цеховского, в придачу ко всему пришлось срочно заняться возвращением его семье жилплощади, договор на продажу которой обнаружили у него в кейсе вместе с деньгами за дачу и папкой с компроматом на Радченко с Кушнеровым. Благо дальновидный Максим включил в договор пункт, по которому в течение трех месяцев квартиру никто не имел права продать, а в случае непредвиденных обстоятельств (например, его смерти) договор считался утратившим силу.

О том, что же на самом деле произошло, Ольге решили не рассказывать, к тому же подноготную дела Дуброву и Зельмаху удалось благополучно замять (милиции вполне хватило давно разыскиваемого Щуплого с его подельниками). Справедливо решив, что семья ни в чем не виновата, Радченко с Кушнеровым назначили наследникам Цеховского достойную пенсию и предложили оплачивать дальнейшую учебу сына в Англии. Но Ольга отказалась. Она изначально не хотела отпускать от себя тихого и скромного мальчика, но всем и всегда в доме командовал Максим…

Так что теперь раз в неделю Радченко прямо из офиса выезжал в Минск, через сутки возвращался в Москву, научился спать в машине, постоянно возил с собой сумку с запасной одеждой, думал и решал многое на ходу и сам себе порой напоминал теннисный мячик: туда — сюда, туда — сюда… И никакого толка. Приезжая в Минск, он встречался в больнице с лечащим врачом Тамары, навещал в другой больнице Ляхова, роли которого во всей этой истории следовало отдать должное: возможно, именно его вмешательство разрушило дальнейшие коварные планы Цеховского… А вот с Крапивиными разговора никак не получалось.