Навстречу счастью

Надо узнать домашний адрес Алексея… Господи, я даже не знаю, куда еду…» — поплыло в сознании.

* * *…Несколько часов Алексей и Владимир курсировали между больницей, где оперировали Михаила, отделением милиции, моргом, ГАИ, реанимацией… Тяжелую бессонную ночь сменило серое безрадостное утро. Примерно около двенадцати, дождавшись, пока Михаил придет в себя, а врачи обнадежат, что угрозы для жизни больше нет, Радченко позвонил Зельмаху и поблагодарил за своевременную поддержку — тот не только прислал среди ночи юристов, но и приехал лично. Оставив Дуброва за главного, на одной из машин службы безопасности Алексей отправился домой. Разбитый «БМВ», за который переживал Чернов, пришлось оставить в закрытом гараже офиса.

Едва машина отъехала от отделения милиции, и Радченко, и Чернова сморил сон. Час пути пролетел как одно мгновение.

— А у вас гости, — раздался голос водителя.

С трудом размежив веки, прямо напротив ворот своего коттеджа Алексей заметил темно-серый «рено», из которого выскочила женская фигура и бросилась навстречу подъезжавшим машинам. В первые секунды он подумал, будто все еще спит: что здесь делать Тамаре? Но за стеклом вдруг отчетливо проступило ее лицо, по стеклу нервно забарабанили пальцы…

«Как она прорвалась через шлагбаум? Видимо, случилось что-то очень серьезное, — понял он, и сон как рукой сняло. — Иначе не приехала бы…»

* * *…С тех пор как Сергей очнулся, прошли сутки. За это время их дважды покормили (передали за дверь кастрюлю с вареной картошкой, несколько ломтей сала и трехлитровую банку с водой), трижды по очереди сводили в туалет. Так как пленники вели себя спокойно, руки им больше не связывали.

Сопоставив все, что успели заметить в доме и по пути к деревянному заведению в углу огорода, Крапивин и Ляхов пришли к невеселому выводу: выбраться отсюда невозможно. Обложенный белым силикатным кирпичом двухэтажный дом, железная входная дверь, решетки на всех окнах, плотный высокий частокол по периметру участка, массивные деревянные ворота, запиравшиеся на огромный засов, две здоровенные псины в вольере, которых выпускали на ночь… Неприступная крепость, да и только.

— Ваша «вольво» стоит в сарае, — сообщил в очередной раз вернувшийся со двора Крапивин. — Там же два «уазика», один, по-моему, нерабочий. И еще, где-то невдалеке проходит железная дорога. Я слышал стук колес и гудки электричек.

Ляхов с трудом разлепил веки. За прошедшие сутки ему стало намного хуже: продолжало мутить, перед глазами плыли круги да еще стали преследовать странные видения. Например, он просто физически чувствовал присутствие в комнате Радченко. Вот и сейчас у окна снова увидел сосредоточенный профиль Алексея Ярославовича.