Навязанная жена

Весьма двусмысленное положение, потому что одно дело двор холостого короля, другое дело женатого. Не мог же он дать Исе должность первой дамы в своей свите, это… это уже было бы неприлично. Женатому королю полагается свита, состоящая из особ мужского пола."

"Раньше Иса, как мать наследных принцев, официально считалась первой дамой королевства, а теперь, когда появилась королева, она получается вообще не у дел, если королева не примет ее в свиту?

Черт бы побрал этих баб со своими претензиями!

Короля взяла дикая досада.

Церемония подошла к концу, но даже если и нет, ему уже было плевать. Схватив королеву за руку, Дитерикс быстро потащил ее за собой в небольшую комнату, скрытую за тронами. Из этой комнаты был отдельный выход во внутренний коридор, ведущий к королевским покоям.

Кнут, в это время стоял недалеко от трона, на котором до того сидела Мариг. Он проводил их изумленным взглядом и механически накинул на комнату звуконепроницаемый полог. Но для себя-то оставил «замочную скважину». Нет, не подслушивать, конечно… так, на всякий случай.

* * *Втащив жену в комнату, Дитерикс резко развернул ее лицом к себе.

— Леди жена, скажи-ка мне, будь любезна, кто входит в твою свиту? Это тот сморчок, который вечно ошивается с тобой рядом? Или две старухи, что приехали вчера?

Он навис над ней, будто собирался раздавить.

— Мне достаточно моей свиты, ваше величество, — ответила Мариг, упрямо вздернув подбородок.

Оскорбленная гордость, заставляла ее выпрямляться, мужчина был намного крупнее.

— При любом дворе у королевы должна быть свита. Я не позволю выставлять нас на посмешище.

— Государь, — ответ Мариг прозвучал презрительно. — Вы беспокоитесь за всех придворных дам, которые не получили места в моей свите, или о леди Исельнир?

Глаза Дитерикса загорелись нехорошим огнем, он стал надвигаться на нее, выплевывая слова:

— Леди Исельнир мать моих детей. Тебе придется проявить к ней уважение.

— Я сама буду решать, к кому проявлять уважение!

Мариг готова была вцепиться в его лицо ногтями. А он уже практически не соображал от злости, продолжая теснить ее стене.

— Ты. Моя жена. И будешь мне подчиняться.

В этот момент Дитериксу показалось, что она вдруг вспыхнула особенно ярко, гораздо ярче, чем раньше, глаза вспыхнули голубым огнем, а дрожащие пунцовые губы как-то беспомощно приоткрылись, приковывая к себе его взгляд.

То, что случилось дальше, не понял он сам. Это случилось само собой.

Впился в этот дрожащий от возмущения рот губами и будто провалился в омут. Ощущения накатывали безумными волнами. Пришел в себя, только услышав протяжный стон. Собственный. Оторвался от девчонки. Она смотрела на него ошарашенно несколько секунд, а потом в слезах убежала через дверь, ведущую во внутренний коридор.