Навязанная жена

Королева Мариг вместо занятий фехтованием и верховой ездой теперь все больше гуляла в окрестностях или на стенах замка, откуда открывалась великолепная панорама на горную долину, лес и реку блестевшую вдалеке. Прогулки происходили при непременном участии личного советника королевы, а когда она выбиралась на стены, то и коннетабля.

Стояло теплое безветренное утро. Мариг прогуливалась на стене, искоса поглядывая на дорогу, не появится ли долгожданный отряд всадников с Дитериксом во главе. Государь отсутствовал уже больше двух недель.

Уехал, чтобы разобраться с тем странным Мальенхорнским делом. Уезжая, всячески старался убедить, что дело самое обычное, скучное и незначительное, но она чувствовала, что это не так. Потому что любимый был напряжен и явно скрывал какие-то неприятности.

Она не спрашивала ни о чем, захочет, сам расскажет, она просто переживала за него. Ей казалось, что мужу грозит неведомая опасность. И чтобы защитить его, готова была отдать жизнь… Но вместо этого приходилось сидеть здесь, в замке, под охраной целого гарнизона и дядьки Кнута.

Взглянув в очередной раз на пустую подъездную дорогу, Мариг уже собиралась уходить. Как вдруг из-за поворота показался скачущий во весь опор одинокий всадник. Что происходит нечто из ряда вон выходящее, Мариг поняла по тому, как внезапно напрягся и застыл, вглядываясь куда-то, коннетабль. Она хотела обернуться, чтобы увидеть самой, но дядька Кнут быстро-быстро приговаривая:

— Пошли-пошли-пошли, ваше величество, — потянул ее за защиту зубцов к боковой башне.

И чуть ли бегом потащил в ее покои. Мариг пыталась протестовать, но сурово поднятые брови Кнута быстро пресекли эти попытки.

— Я тебе все объясню, ваше величество. Но чуть позже.

А коннетабль, еще несколько долгих секунд вглядывался в необычного всадника, а потом опрометью бросился по лестнице вниз, пронесся через кордегардию, выскочил к воротам и застыл там, схватившись за сердце.

Всадник был и впрямь необычный. Взмыленная лошадь больше походила на обычную ломовую клячу, предназначение которой возить воду или дрова. А ездок смотрелся и вовсе странно, точнее, странно смотрелся на ездоке мужской наряд. Стража со стен внимательно вглядывалась, пока он приближался, а некоторые, также как и коннетабль, подходили к воротам."

"При ближайшем рассмотрении всем стало понятно, что это леди Исельнир. Однако выглядела леди крайне необычно. Ее дивные формы, чуть постройневшие за время вынужденной диеты в Мальене, выпирали из мужских штанов и рубашки, притягивая взгляды не хуже магнита. Прическа леди представляла собой свернутое набок воронье гнездо, из которого во все стороны торчали взлохмаченные пряди.

Но главным было даже не это. Ее зеленые глаза горели неистовым огнем.