Навязанная жена. Единственная

— Или ты ядовитых паров надышалась на своем кладбище? А может, кто из оживших мертвецов тебя укусил, и ты сразу глупеть начала?

— Тему не переводи, — улыбнулась я. Его комментарии, какими бы едкими ни были, меня совсем не тронули. — Я тут столько интересного узнала про фей.

— Узнала она! — фыркнул он. — Могла бы просто спросить. Я бы и сам все рассказал. Причем чистую правду. А не ту выдумку, что тебе преподнесли.

— Выдумка, говоришь? Это то, что вы, феи, можете запутать путников, околдовать и оставить в гуще леса? — сразу перешла я к делу.

— Ты за кого меня принимаешь? — возмутился Густав, положив ладонь на лоб и страдальчески закатив глаза.

«Надо же какой актер пропадает».

— Так да или нет?

Поняв, что сочувствия и извинения от меня не будет, он тут же выпрямился и раздраженно выдал:

— А нечего лезть на чужую территорию. Мы вот к людям не лезем. Зачем ходить туда, куда не следует? И брать то, что не для них росло и зрело?

— Значит, правда, — подытожила я, по-новому посмотрев на фея.

А я ему верила. Кровью своей делилась.

— Мы людские законы не нарушаем. Так что пусть и наши не нарушают.

— Выходит, тогда в лесу я тоже случайно ступила на твою территорию? Тогда почему ты не зачаровал меня, а даже помог? Отвел глаза твари червоточины?

— Ты меня с другими не равняй! — надулся он. — Нет у меня территории. Я не лесной разбойник, а свободный фей!

— Какой? — переспросила я.

— Твой личный, — выпалил Густав, отлетая к камину. Он скрестил руки на груди и отвернулся, давая понять, как сильно обижен. — Между прочим, один из лучших, а ты… не ценишь, не уважаешь, еще и подозреваешь во всяких мелких пакостях!

— Разве феи бывают личными? — нахмурилась я. — Или ты специально меня путаешь, скрывая правду?

— Ничего я не путаю.

Густав продолжал висеть в воздухе спиной ко мне. В свете камина его крылышки красиво блестели и переливались.

— Тогда как тебе удалось перехватить мое проклятие? Ты же… съел его!

— Вот именно, потому что это было твое проклятие, — парировал Густав, поворачиваясь. — Поэтому и смог поймать. С чужим было бы сложнее. Еще и несварение себе бы заработал.

Я смотрела на его крохотную фигурку несколько секунд, а потом проговорила:

— Объясниться не хочешь?

Ответом мне стал тяжелый, многострадальный вздох.

Потом Густав пролетел через всю комнату, сел на кровать как раз возле моих ног и, глядя на меня своими честными-пречестными глазами, выдал:

— Я твой личный помощник. Фамильяр.

— Ха! — не удержавшись, рассмеялась я, потом снова: — Ха-ха-ха!

«До чего глупая шутка!».

— Фамильяр. Ха-ха-ха! — уже не сдерживаясь, продолжила хохотать я."

"Конечно, у каждой уважающей ведьмы имелся фамильяр. Обычно в их роли выступали коты. Черные, с красивой блестящей шерсткой. Или совы. Иногда даже жабы или крысы.