Навязанная жена. Нелюбимая

Бекки уже успела подготовить для меня теплый костюм темно-серого цвета в едва заметный сине-зеленый рубчик, который состоял из юбки и пиджака. Но сначала я надела теплые чулки и серо-голубую блузку. Волосы собрала в гульку на затылке. Натянула аккуратные ботильоны из темно-коричневой кожи. Сверху симпатичное пальто, украшенное красивой вышивкой и отороченное светло-голубым мехом. Шапка к нему не прилагалась, зато имелся большой широкий капюшон. Его я накинула, когда вышла на улицу через центральную дверь.

Выйдя на широкую площадку, я на мгновение застыла и жадно вдохнула прохладный воздух. Как же я соскучилась по свежему ветерку и по легкому морозцу, который тут же принялся щипать щеки!

Сделав еще один глубокий вдох, я наконец осмотрелась по сторонам.

Большой двор включал в себя множество мелких построек, впереди виднелись огромные каменные стены и железные ворота, которые сейчас были гостеприимно распахнуты. Перед лестницей стояло несколько крытых саней с запряженными в них четверками лошадей. У одних саней – самых нарядных и богатых – стоял князь.

– Ну и долго тебя ждать? – поинтересовался он, глядя на меня снизу вверх.

– Можешь мне не верить, но есть тот, кто готов ждать меня всю жизнь, – усмехнулась я и начала спуск по лестнице.

– Искренне ему сочувствую, – заявил Рейган, подавая руку и помогая мне спуститься.

Супруг произнес фразу серьезно, но я успела заметить легкую улыбку, которая едва тронула его губы и озорные искорки в глубине фиалковых глаз, которые мелькнули и пропали.

Рейган подвел меня к саням и помог забраться внутрь. И только потом сел сам, удобно расположившись напротив. Дверца за ним тихо закрылась, и щелчок замка прозвучал как-то особенно громко.

– А как же твои мать и сестра? – спохватилась я, когда сани тронулись.

– Они поедут в других санях, как и ваши помощницы, – спокойно пояснил Рейган. – Это княжеские сани. В них позволено ездить лишь князю и княгине.

– Опять традиции, – вздохнула я, отворачиваясь к окну.

Мы только начали путь до города, расположившегося у подножья высокой скалы. Ничего особенного мне рассмотреть не удалось: лишь скалы, снег, сугробы и крохотные кусты, которым каким-то чудом удалось вырасти прямо на камнях.

– Ты так не любишь традиции? – тут же спросил Рейган.

– Да нет. Просто здесь, в Запределье, их слишком много.

Беседы не получилось. Между нами повисла застыла, лишь усугубляя неловкость. Обычно я всегда знала, что, как и когда сказать, какие слова подобрать. Но сейчас почему-то не хотелось. Я смотрела на проплывающие в окне пейзажи заснеженных гор и думала.

О чем? Да обо всем думала. О том, как спокойно жила все эти годы в Свободных землях, о том, как готовилась стать женой Алекса.