Навеки твой. Прощай

Сразу. Уходить – так уходить. Ведь надо было. Он понимал, что это – только первый шаг. А их, чтобы вернуть Леру, будет еще столько, что неплохо было бы, по меньшей мере, сдвинуться с места. Он и ушел. Впервые ставя точку в отношениях, которые могли претендовать на серьезные. Впервые сам написав… И позвонив, когда Лера не ответила. Другой бы не стал… Просто не было необходимости. А тут понимал, что все… Если сам не пошевелится – ничего не будет. И даже если он приложит все усилия, будет – не факт.

- Таир Артурович… Таир! – она даже незаметно ткнула его в бок, чтобы обратить на себя внимание.

- А? Что? – встряхнулся Уваров.

- Пройти дай. Меня ждут.

Кивок в сторону незнакомых ему людей, сбившихся в стайку и бросающих на них любопытные немного смущенные взгляды. Представление закончилось. Заведующая и Дмитриевна протискивались к проходу, и только он сидел, глядя прямо перед собой. И Лера, которой он перегородил дорогу."

"Хмыкнул. Встал, придержал ее стул. Сделал вид, что не заметил, как ее от него шатнуло. Первым двинулся через проход. За спиной послышался странный звук. Будто Лера с жадностью вдохнула. Он медленно обернулся. Но она шла, низко опустив голову, и ее эмоций было не разобрать. «Ну, и ладно… - решил Уваров. – Главное, что они есть. Эмоции».

- Валерия Николаевна, мы вас так долго пытались поймать. Вы уж простите, что отвлекаем… - смущенно заметил невысокий крепкий мужичок.

- Да, Иван Иваныч, кажется?

- Все вы помните.

- Ну, ваше имя нетрудно запомнить… - улыбнулась Лера. – Как Машенька?

Мужчина что-то с восторгом ей отвечал, в диалог включились еще какие-то люди. Таир уже не прислушивался. Да и не нужно это было, потому что сказанное было написано на лицах собравшихся… Они благодарили. А Лера смущалась. Никто бы не догадался, но он-то не «никто». Он ее знал. От макушки до пяток. И чем больше смотрел, тем отчетливее понимал, насколько знает. Может быть, даже лучше, чем самого себя… И что за восемнадцать прошедших лет ничего… ну, ничего абсолютно этого не изменило. Вообще ничего не изменило, господи боже! Таир медленно выдохнул. Привалился к стене и, сложив на груди руки, стал наблюдать за происходящим. Как Лера улыбается на шутку какого-то паренька, как присаживается рядом с коляской, чтобы погладить щечку рыжей смешной девчонке. И для каждого у нее находилось слово, улыбка, ласка. Любовь… В ней было столько нерастраченной, невостребованной любви, что она одаривала ей всех без исключения. А ведь она могла принадлежать ему одному. Она принадлежала… Когда-то.

У Таира во рту пересохло. Он огляделся. Должен же здесь хоть где-нибудь быть кулер. Или захудалый автомат с газировкой…

- Таир Артурович!

- Да…

- Не откажите, пожалуйста. Всего одно фото для журналистов.