Навеки

Но для чего? На что еще он способен, кроме как делать стены прозрачными?

Размышляя о спокойствии, я осознала, что только что обрела его в двадцати ярдах от белого домика: крошечного, квадратного, с маленькой верандой вдоль фасада. Небольшой дворик был окружен таким же белым деревянным забором, как и кладбище, очевидно, их построил один и тот же человек.

Перед коттеджем располагался палисадник с благоухающими цветами: розами, левкоями, жимолостью, за которыми тщательно ухаживали: я не заметила ни одного сорняка.

На крыльце на покрашенных темно-синей краской качелях сидел старый, очень старый афроамериканец. Ему было, по меньшей мере, лет девяносто, если не все сто. Из-за крайней худобы чистая, хотя и поношенная, одежда висела на нем мешком. Морщинистые руки покоились на трости с набалдашником из слоновой кости, и он смотрел прямо на меня. Только не видел, потому что глаза за темными стеклами очков были абсолютно слепыми.

– Вокруг вас сосредоточена какая-то таинственная сила. – У него был очень красивый голос. Если судить только по голосу, можно было подумать, что мужчине около тридцати и он полон здоровья, но я-то знала, что этот незрячий старик проживет не больше двух лет. И что его будет не хватать очень многим людям.

Аура у него была красивейшего лазурного цвета, подобного которому я раньше не встречала, и простиралась вокруг тела почти на метр. Никогда такого не видела. Больше всего на свете мне хотелось сесть рядом, чтобы моя собственная пурпурно-синяя аура перемешалась с его.

– Как вас зовут? – спросил он, когда я приблизилась.

– Дарси Никодемус, – ответила я.

– Я не ждал сегодня никого с фамилией Никодемус.

Я не смогла сдержать смешок:

– Тогда называйте меня просто Дарси. Можно я присяду рядом, мистер?..

– Просто Генри. Я не признаю фамилию белого хозяина, так что просто Генри.

– Хорошо, Просто Генри, можно мне сесть рядом с вами?

Он тихонько рассмеялся, когда я опустилась на его качели. Не дотрагиваясь до старика, я оказалась достаточно близко к его ауре, чтобы почувствовать ее. Закрыла глаза и вдыхала волшебное сияние, будто впитывала этот восхитительный небесный свет всем своим существом.

– Вы старая женщина или просто старая душа?

– Я знаю о себе не слишком много, – призналась я, не добавив, однако, что мне это неинтересно. Одну вещь я уже поняла об этом человеке – ему можно рассказать все. Чувствовалось, что он знает много секретов о многих людях, и унесет с собой в могилу доверенные ему тайны."

"– Я пытаюсь найти маленького мальчика, но меня заверяют, будто его не существует. Этот мальчик – потомок раба, повешенного за то, что сделал ребенка белой госпоже из «Тринадцати Вязов». Чувствую, малыш где-то рядом, но не могу найти его.