Навеки мой

Амазонка выглядела довольно старомодной, однако идеально подошла ей по размеру. Яркий изумрудно-зеленый наряд украшала золотая тесьма и кружевной воротничок. Ладно скроенный жакет выгодно подчеркивал полную грудь и тонкую талию, а пышная длинная юбка соблазнительно струилась по бедрам.

Миссис Кэмпбелл скрестила затянутые в перчатки руки на груди и посмотрела на герцога.

– Ну как? – беззаботно спросила она, встав так, словно собиралась позировать для художника. – Или ваша бабушка вернется с того света, чтобы наказать меня за мою дерзость?

– Нет, – возразил он. – Если она кого-нибудь и накажет, то это буду я.

И он заслужил это. Джек подумал о других предметах одежды, спрятанных в сундуках, и его горло болезненно сжалось. Софи Кэмпбелл была неотразимо хороша в форме служанки. А уж если наденет золотое платье и украсит волосы и шею бриллиантами, то никто не догадается, что она вовсе не герцогиня…

Тяжело дыша, Джек повернулся к Оуэнсу, груму, и попытался отвлечься от мыслей о своей гостье.

– Верхний луг, – изрек немногословный пожилой Оуэнс. – Быстро сохнет, да и земля там ровная, без ухабов.

– Да. Отлично. Приготовьте для миссис Кэмпбелл Минерву, – велел Джек, упомянув кобылу с мягким нравом и легкой поступью.

Коня для него самого уже оседлали. Любимец Джека остался в Лондоне, но для прогулки сгодится и Максимилиан – старый мерин, не боящийся дождя.

Герцог отошел в сторону, дожидаясь, пока слуги оседлают кобылу и выведут на середину конюшни. Оуэнс подвел Минерву к специальной ступеньке, с нетерпением ожидая момента, когда поможет миссис Кэмпбелл сесть в седло. Джек наблюдал за тем, как она направляется к лошади, подхватив одной рукой пышный подол амазонки. Софи явно знала, что делает, и скорее всего не нуждалась в его помощи, однако ноги Джека сдвинулись с места помимо его воли.

– Позвольте мне, – произнес он, преграждая ей дорогу, прежде чем она успела приблизиться к лошади. – Минерве не нравится ступенька.

Оуэнс с подозрением посмотрел на хозяина, услышав столь откровенную ложь – ведь Минерва была приучена стоять у ступеньки, – однако послушно отошел в сторону. Джек переплел пальцы и слегка наклонился. Чуть помедлив, миссис Кэмпбелл поставила ногу ему на руки и оперлась на плечи. От ее амазонки чуть пахло плесенью, однако Джек с удовольствием вдохнул этот запах и слегка подтолкнул ногу Софи. Она легко вскочила в седло, но Джек стоял рядом, когда она положила колено на луку и расправила подол платья. Минерва принялась перебирать ногами, и на короткое обжигающее мгновение нога миссис Кэмпбелл прижалась к груди Джека. Он чувствовал колено Софи у своего плеча, и перед его мысленным взором пронеслись картины, одна соблазнительнее другой.