Наваждение генерала драконов (СИ)

Что происходит?

— Она права, — орин тяжело поднялся с кресла и, потянувшись за вином, застыл, так и не подняв его. Выпрямился. — Мне действительно есть что тебе рассказать, сын. И пусть это будет последний наш разговор, но он завершит весь тот кошмар, в котором мы живем столько лет.

Поднимаясь в комнату, сама не поняла, как пропустила нужный этаж. Только когда передо мной возник управляющий, сообразила, что обстановка в коридоре другая. Моргнув пару раз, уставилась на мужчину.

Стоит, весь такой подтянутый — прямо примерный слуга. С подносом. На нем аккуратно расставленные чашечки с травяным чаем и розетка со свежей малиной.

В душе злым жгучим пламенем снова вспыхнула обида.

Подняв голову, я поймала его взгляд. Что хотела увидеть в его глазах — сама не понимала.

Я вообще ничего уже не понимала!

— Ора Айла, что случилось? — в голосе мужчины звенела тревога. — Вы плачете! Давайте, я помогу вам вернуться в комнату и позову шиу Хэйла.

— Да, плачу, — криво усмехнувшись, кивнула, прожигая его взглядом. — Узнала сегодня, что для вас приказ орина важнее жизни ребенка. А у вас со сном как? Не являюсь вам живой головешкой?

Он замер, руки дрогнули, и тяжелый поднос выпал из его ладоней. Чашечки покатились по полу, разливая ароматный чай. Звон утих.

— Айла... — выдохнул управляющий... — Я...

— Да искали — ночи не спали. А что стоило сразу сказать хозяину "нет"? У него были причины меня ненавидеть. Такая грязь в семье, как магичка — это, конечно, крайне нежелательно, особенно для единственного сына. Но вы? За что? Вы-то меня за что там умирать оставили?

— Трус, — выдохнул он. — Место потерять испугался.

— Ну так живите с этим дальше.

— Не могу, — его голос стал еще тише. — У меня дочь в том возрасте, что были вы тогда. Иногда смотрю на нее и удавиться хочется.

— Хм... — я как-то печально усмехнулась. — Представляете ее на моем месте?

— Да... — он прикрыл глаза и медленно кивнул. — Но больше боюсь, что мой поступок обернется бумерангом, но заденет не меня, а ее. Думаю, а вдруг случиться что-нибудь, и моей малышке нужна будет помощь, а с ней поступят так, как я с вами тогда. Боги не слепы. Если можно было бы все вернуть... — он печально вздохнул, не договорив.

Сам понимал, как все это звучит. Если бы...

— Надеюсь, ваша дочь никогда не узнает, что вы совершили, — искренне пробормотала я. — Не ей платить за ваши ошибки. Нет ничего страшнее, чем разочарование в собственных родителях, но дети за них не в ответе. Она, наверное, любит вас.

— Очень, — шепнул он.

У меня на глаза снова навернулись слезы. Эмоции всколыхнулись да так, что дышать стало трудно. Сжав ладони в кулаки, я повернулась и пошла в сторону лестницы. Нужный мне этаж был ниже.

— Мы искали вас, — прилетело мне тихое в спину. — Все это время.