Навь. Книга 5

— Рискуем, — напомнил Сутомлин. — Могут и выстрелить.

— Рискуем, — согласился Драбицын. — Но кто не рискует, тот не пьет боярышник, граф. Хорош же я буду, трусливо спрятавшись от подчиненных.

Радист пощелкал клавишами, вслушиваясь в эфир, набил номер на панели ЗАС.

— Не отвечает, Ваше Превосходительство!

— Выйди по радиоканалу на армейскую частоту. У них полно раций как раз на такой случай.

— Сей секунд, — радист опять защелкал клавиши, закрутил верньер. — Есть!

— Бастион — Астре! — привычно опустив «ответьте» сказал Драбицын в протянутую ему тангенту. — Бастион на связи.

— Это Астра, как поняли?

— Понял вас, Астра.

— Статус?

— Открытый канал, — предупредил дежурный.

— Ну так пришлите парламентера, которого я знаю.

— Есть!

Драбицын вернул тангенту связисту.

— Ждем, — сказал Драбицын сидевшему как на иголках Сутомлину. Нервничает граф, все-таки боится стрелять в своих. Ну вот и посмотрим, насколько он свой.

Через пять минут двери открылись, и в проеме показался человек с наскоро сделанным белым флагом — наверное, сперли наволочку в дежурке.

— Вы его знаете? — спросил Сутомлин.

— Да, — всмотрелся Драбицын. — Мой бывший стажер, подполковник Закревский.

— Идите медленно и с поднятыми руками, — взялся за тангенту громкоговорителя на крыше Сутомлин.

Закревский остановился, пару раз махнул для убедительности белым флагом, и продолжил движение. Как только он поравнялся с подворотней, из который выглядывал нос КШМ, его сразу же скрутили, заставив выронить палку с белой тряпкой, солдаты из дивизии.

— Отставить! — вылез из люка Драбицын. — Ну что, Яков Вацлавич, что скажете?

— Вас ждут, Ваше Превосходительство!

— В каком статусе? — усмехнулся Драбицын. — Заключенного или…?

— Или, Ваше Превосходительство, — со скрытым торжеством сказал Закревский. — Здание под нашим контролем.

— Проблемы были? — спросил Драбицын.

— Были, — признался Закревский, — но небольшие. Пришлось немножко пострелять. Не все новички решили дезертировать, некоторые пытались поднять бунт.

— Решили?

— Быстро.

— Ну с теми, кто дезертировал и предпочел скрыться мы разберемся, им деваться некуда. А Анучин?

— Застрелился в своем кабинете.

— Тремя выстрелами в голову, я полагаю? — с подозрением спросил граф.

— Нет, сам. Когда понял, что игра проиграна.

— Жаль, — искренне сказал граф. — Я бы с ним побеседовал.

— Ну материала для беседы у нас полно, некоторых закрыли в подвале и по кабинетам под охраной.

— Хорошо. Господин генерал-майор, отдайте приказ. Штурмовым группам следовать за мной, огня не открывать.

— Есть, Ваше Превосходительство, — отозвался Сутомлин.