Научись любить, если сможешь (СИ)

Быстро прокручиваю в голове, где могла её посеять, и вспоминаю, что положила сумку на пол, пока обувала кроссовки в квартире Горы.

— Твою ж налево, Лара! — вскрикиваю и под удивлённые взгляды прохожих припускаю назад…

Глава 2

Лара

На звонок в домофон мне никто не открыл. Ну ладно, может, Гора, просто отключил звук, потому что больше никого не ждёт. Подожду, пока кто-нибудь будет заходить или выходить, чтобы прошмыгнуть внутрь.

И вот, через несколько минут я уже вдавливаю кнопку звонка, но никто не желает мне открывать. Может, постучать? И я начинаю отчаянно колотить в дверь кулаком.

— Девушка, когда вы уже прекратите барабанить? — выглядывает из соседней квартиры женщина с полотенцем на голове. — Если вам не открывают, значит, никого нет дома!

— Но я была тут полчаса назад, и хозяин был… — растерянно говорю.

— Ну, знаете ли! За полчаса многое может измениться. Позвоните Мише и узнайте, когда он вернётся, — брякнула тётка и с шумным хлопком скрылась за дверью.

“Легко сказать: позвони Мише… Но мой телефон находится в сумке!”, — мысленно возмущаюсь и пинаю дверь его квартиры.

Не-е-т, он не Миша никакой, а медведь гризли!

Битых два часа я хожу по площадке из угла в угол, но хозяин злосчастной квартиры так и не появился. Самое смешное, что у меня ни денег, ни телефона, ни документов. Всё лежит там, за этой огромной и толстенной дверью, в моей маленькой и потрёпанной от времени сумочке.

Ещё через пару часов, когда за окнами подъезда становится темнее, я, устав слоняться туда-сюда, усаживаюсь на ступеньку и приваливаюсь бочком к стене. Через некоторое время глаза начинают слипаться, и сама не замечаю того, как начинаю засыпать.

* * *— Ой, папа, это и есть Баба-яга?

Просыпаюсь от звонкого голоса, который эхом разлетается по подъезду. Открываю глаза и вижу Мишу и его маленькую дочь.

— Нет, милая, никакая это не Баба-яга, это бомж, — выдаёт он спокойным тоном.

— Пап-пап, а кто такой бомж? — растягивает последнее слово малышка и прячется за ногу отца, подглядывая за мной лишь одним глазком.

— А это, такие люди… — начинает он, но я тут же подскакиваю на ноги и быстро перебиваю, этого гада.

— И никакой я не бомж! Вы чему ребёнка учите?!

— Пониманию, что в мире бывают люди разного социального класса.

— Так, стоп! — прикладываю к переносице два пальца от абсурдности всей ситуации. — Это уже слишком далеко зашло. Михаил, простите, я вернулась сюда только потому, что забыла у вас свою сумку. А там мой телефон и деньги. Верните, пожалуйста, чтобы я могла уехать.

Он, не выражая больше никаких эмоций, молча достаёт ключи, открывает дверь.

Ух, у меня аж челюсть сводит от его манеры поведения. Ладно, стерпится, мне главное, чтобы он скорее вернул мою вещь. Они проходят в квартиру, а я топчусь в подъезде у порога в ожидании.