Научи меня любить

Костик и ещё несколько друзей заломили ему руки и оттащили в сторону, то же самое сделали и с Сахаровым. Оба надрывно дышали, адреналин бурлил в крови, заставляя вспухнуть вены на лбу.

— Он первый начал, — услышал Кирилл визг Веры, — мы тут просто стояли.

Пока дежурные педагоги разбирались, как чужаки оказались на территории колледжа, Кириллу кто-то дал платок зажать нос, но тот очень быстро пропитался кровью.

— Веди его к медкабинету, я сейчас приду, — услышал он тихий, но крайне грозный голос Дарьи Андреевны.

— Медсестра уже ушла, — ответил Костик.

— Сами справимся, — отрезала она и куда-то ушла.

Через пять минут Сазонов снова сидел на смотровом столе, откинув голову и зажимая нос пропитавшимся насквозь кровью платком. Голова гудела и кружилась то ли от алкоголя, то ли от удара. Но он чувствовал облегчение. Ответил на оскорбление.

Костик сидел на кушетке и крутил в пальцах зажигалку. Оба друга молчали. Дверь открылась, и вошла Морозова. Казалось, что её злость и раздражение можно было потрогать.

— Костя, ты не мог бы оставить нас, — попросила она, отыскивая в ящике с медикаментами вату и дезинфицирующие средства. — Мне с твоим другом нужно поговорить.

— Конечно. Я буду в холле.

Костик вышел и наступила полная тишина, прерываемая только шелестом разворачиваемой ваты. Из-за руки, которой Кирилл держал платок, ему было плохо видно, что делает Морозова.

— Убери руку, — сказала она, её голос звенел от сдерживаемого негодования.

Кирилл отнял руку и тотчас почувствовал на губах тёплую влагу. Кровило уже не так сильно, но отпускать платок было ещё рано.

Глаза Дарьи Андреевны сверкали гневом. Она поджала губы и шумно выдохнула, чтобы совладать с собой.

Тонкими пальцами Морозова прикоснулась к переносице Кирилла, ощупала хрящ и удовлетворённо сказала:

— Вроде бы не сломан.

Дарья Андреевна смочила ватные тампоны в какой-то жидкости и аккуратно воткнула их в ноздри Кириллу.

— Голову назад и пару минут не шевелись, — скомандовала молодая женщина.

— Да, док, — прогнусавил Кирилл.

— Ты мне поумничай.

Морозова сердито сложила руки и уставилась на Сазонова.

— Ты пил?

— Пил.

— Отлично!

На пару секунд содержательный разговор прервался, а потом Морозова разразилась негодованием. Она высказала о неподобающем поведении, об употреблении спиртного, о драке, сетовала, что он подставляет её как куратора и тому подобное. Сазонов едва не соблазнился напомнить ей о недавнем приключении Красной шапочки, но вовремя сдержался. Она-то, собственно, никого не подставляла своим поведением.

— Ещё и непонятно чем занимаешься в углах колледжа, — добавила она и отвернулась.

— Кто бы говорил, — зло ответил Сазонов.

— В смысле? — Морозова ошарашенно посмотрела на своего студента.