Научи меня любить

Кирилла аж передёрнуло, когда он вспомнил лисью мордочку кураторши. Нет, она, конечно, далеко не стрёмная, даже красивая, но эти вечно сжатые губы и раскосые на пол лица глазищи напоминали чем-то лисье выражение.

Не смотря на то, что уже был март, погода стояла совершенно не весенняя. Слякоть, порывистый ветер, да ещё вдобавок и снег с дождём начался. На улице мерзко и пустынно. Кирилл сделал музыку громче и завернул на трассу, по которой до частного сектора, где он жил, минут десять на машине, не спеша. С одной стороны был забор от военной части, расформированной ещё после развала Союза, с другой железная дорога и пустырь. На этом отрезке трассы редко можно встретить пешехода, особенно вечером, да ещё и в такую погоду. Поэтому Кирилл с удивлением обнаружил быстро идущую вдоль трассы худенькую женскую фигурку.

5

Под светом фар девушка как-то сжалась и зашагала ещё быстрее. Кириллу стало интересно, кто это, и он поехал медленнее. Девушка шла быстро, нервно поправляя капюшон, слетающий от порывов ветра. Казалось, её хрупкую фигурку сейчас снесёт ветром на обочину прямо в грязь.

Кирилл поравнялся с ней и опустил стекло, продолжая медленно ехать.

— Вас подвезти?

Девушка испуганно дёрнулась, ветру всё же удалось сорвать с неё капюшон, и Кирилл с удивление узнал свою преподавательницу.

— Дарья Андреевна?

Фигурка в пальто остановилась, наконец снова совладав с капюшоном, и пристально посмотрела в открытое окно притормозившего автомобиля.

— Кирилл?

— Это я. Вы в центр? Давайте подвезу.

— Нет, спасибо, я и сама дойду.

Морозова снова быстро зашагала вдоль трассы, кутаясь в разлетающиеся от колючих порывов ветра полы плаща. Кирилл снялся с тормоза, но продолжил ехать рядом.

— Да ладно вам, погода жуткая, а пешком отсюда идти ещё минут сорок. Садитесь, за пять минут доедем.

Кирилл слегка подрезал девушку и остановил машину, приоткрыв пассажирскую дверь.

Долго уламывать не пришлось, и Дарья Андреевна забралась в салон.

— Что это вы так поздно одна ходите?

— Тот же вопрос к тебе, Сазонов. У тебя же прав нет, кто тебя за руль пустил?

— Вообще-то, мне уже восемнадцать, и права у меня есть, — ответил Кирилл и сосредоточился на дороге.

Парень заметил, что Дарья Андреевна была очень напряжена, даже напугана, хотя и старалась это скрыть. Ехали молча. Обычно она много говорит, часто улыбается или хмурится, когда кого-нибудь отчитывает, но сейчас в машине она молчала, глядя в одну точку.

Кирилл как-то случайно посмотрел на спутницу боковым зрением, и ему показалось, что глаза у неё в полутьме салона машины как-то уж чересчур блестят. Слёзы? Понятно же, что она тоже человек, но видеть такие эмоции на лице обычно собранной и всегда профессиональной, хоть и молодой, преподавательницы для Кирилла было странно.