Наставник

«И что думаешь?»

Щеки начинают гореть. Жаль, но, вероятно, из-за выпитого шампанского мои воспоминания о нашей ночи довольно обрывочны. Я не помню случившегося в деталях. Алкоголь притупил боль, но, к сожалению, и стер некоторые важные моменты нашей первой ночи. Те подробности, которые мне бы сейчас хотелось помнить в деталях. Чтобы их смаковать. Запахи, звуки, вкусы… Но нет. Те от меня ускользают, сколько бы я ни пыталась их воскресить.

«Ты знаешь».

«Нет. Скажи».

«Ты самый лучший на свете. Я ужасно скучаю».

И люблю. Впрочем, с этим я пока не буду спешить. Просто не хватит смелости. Пока достаточно того, что есть. Мы, вон, на ты перешли. Разве этого мало?

«Хочешь меня?»

О, господи! Сглатываю. Мне расценивать это как прелюдию к сексу по телефону? Боюсь, тут я полный профан.

«Да».

«Ты мокрая?»

Я закусываю губу и, не в силах найти себе место, ерзаю.

«Тая!»

«Да! Да… Доволен?»

«Нет. Но ты меня удовлетворишь. А пока я убегаю. Переговоры со всеми этими шейхами – сплошная головная боль».

Я стискиваю ляжки и тупо всматриваюсь в экран. Как можно? Как можно так резко переходить от одной темы к другой? Голова кругом! Не знаю, от чего у меня в большей степени перехватывает дух. От его слов, что мне придется его удовлетворять, или от того, с какой легкостью он говорит о своих встречах с представителями королевских семей. Кто бы мог подумать, что мой первый мужчина будет птицей такого высокого полета? Уж точно не я. И, собственно, это еще одна причина, по которой мне так важно попасть в город. Если я хочу его не просто увлечь, но и удержать, мне нужно приложить некоторые усилия.

Но первым делом я все же еду проведать Макаровну. То ли Савва не поскупился, то ли Макаровне и своих денег хватает (не удивлюсь, кстати, если так), но лечится та в явно дорогой клинике. Палаты здесь скорей похожи на номера в отеле. Не в нашем отеле, ясное дело, классом пониже, но все же.

– Извините, что не могла вырваться раньше. Сами понимаете, работы было полно."

"Наталья может думать и говорить все, что угодно, но я действительно вкалываю как проклятая. И мне за себя не стыдно. Протрезвев и проанализировав все услышанное, я решила, что не стану загоняться на этот счет. Хотя поначалу ее слова меня очень ранили.

– Подумаешь, я никого и не ждала. Не нужно было и сегодня приезжать, – ворчит Макаровна, но я-то вижу, что ей приятно мое внимание. И хорошо, что я купила цветы. Ее любимые красные тюльпаны. Самые обычные, наши, из тех, что в средней полосе растут в палисаднике каждого дома. Как-то она обмолвилась, что предпочитает именно их, а я почему-то запомнила. И не напрасно. Макаровна сидит и то и дело на них поглядывает, хотя мой букет, пожалуй, самый скромный из всех, что заполняют ее палату.

– Мне хотелось.

На лице начальницы появляется странное смущение.