Наставник

Савва говорит тихо, нужно напрячь слух, чтобы его услышать. Боюсь, для этого Влад стоит слишком далеко. Но нет. Все он слышит. И понимает все. Может быть, даже то, чего я не понимаю.

– Савва, брат…

– Пошел… вон.

– Ты с ума сошел? Из-за какой-то подстил…

Влад даже не успевает договорить. Потому как, двигаясь с той стремительностью, которой совершенно не ждешь от настолько большого человека, он подлетает к Владу, своему названному брату и стискивает пальцы на его горле.

– По-шел вон. И тогда, может быть, я не сживу тебя со свету.

– Да уйди же ты, твою мать! Что ж ты такой тупой?! – растирая по щекам слезы, всхлипываю я.

Влад выглядит жалко. С потекшей по подбородку юшкой и уже начавшими заплывать глазами.

– Я бы тебя не обидел. Ты что? Может, я чего-то не понял и…

– Ты слишком самовлюблен, чтобы что-то понять. Уйди, Влад. Я серьезно.

– Гонишь, значит? А чего ж ты в ту ночь меня не гнала? М-м-м? Или скажешь, в квартирке над гаражом я тебя изнасиловал тоже?

Чувствую, как только-только начавший успокаиваться Савва вновь дергается.

– Нет. В квартирке над гаражом ты меня не насиловал. Просто потому что был так отвратительно пьян, что у тебя не встал, – кричу я, выплескивая всю свою злость, всю обиду. Может, зря я не дала Савве его прикончить? Я бы, вот, с удовольствием расцарапала его смазливую физиономию. Только не хочется до такого опускаться. Я зажмуриваюсь, чтобы отдышаться. Чтобы не опуститься до уровня его женушки, да. Понимаю, что от стресса и стремительно сменяющих друг друга эмоций у меня голова идет кругом и качается пол под ногами. А, нет, это просто Савва подхватывает меня на руки. И придавливает взглядом. Жгучим. Пытливым. Ищущим.

– Так, значит, у вас ничего не было в тот день?

Почему он так на меня смотрит? Будто кожу сдирает. Полоса за полосой. Внедряется дальше в плоть. В суть вгрызается. Я как никогда чувствую свою хрупкость и беззащитность перед ним. Чувствую свою уязвимость. Не понимая, какого ответа он ждет. И почему тот для него так важен. Ведь Савва знает, кто был моим первым мужчиной. И вряд ли тут имеет значение, когда я была не с ним. Где. И сколько раз.

– В квартирке над гаражом ничего не было, – зачем-то уточняю я и удивленно открываю рот, когда Савва, держа меня перед собой на вытянутых руках, откидывает голову и начинает громко смеяться. С удивлением смотрю на ходящую ходуном шею.

– Я тебя смешу?

– Нет! Ты сводишь меня с ума, Тая.

Мы забываем о Галиче напрочь. И тот, пользуясь случаем, уносит ноги.

– Это же хорошо, – так ничего и не поняв, ласково шепчу я. Касаюсь щеки мужа ладонью.

– Ну, как посмотреть.

Савва не спешит мне объяснять, что так сильно его растревожило. Но его требовательный взгляд меняется. И становится ласковым-ласковым, как утреннее солнце.