Наставник

"

"Интересно, что бы сказали Арина с Никой, если бы узнали, каков на самом деле мой старик-муж? Они-то с тех пор, как разнюхали о моем замужестве, буквально с ума сошли! Замучили меня расспросами и советами. Для них сорок два и впрямь глубокая старость. Ольга решила, что я продалась за деньги. А Ника заметила, что, скорей всего, я выбрала настолько взрослого мужчину, потому что подсознательно искала отца. И хотя оба эти предположения неверны в целом, во втором случае доля истины все же присутствует. В каком-то смысле Савва действительно берет на себя те функции, которые в иной ситуации лежали бы на моем папе. Во многом чувство, что мне есть на кого положиться, и есть, кому меня защитить, и формирует мою привязанность к этому человеку. А еще те усилия, что он прикладывает, рассказывая мне о себе. Тем самым становясь намного ближе мне и понятнее.

– Я понимаю, почему ты возбуждена, – растягивает губы в хищной улыбке мой Савва, – но не пойму, почему ты обеспокоена.

Закусываю губу, оглядываюсь тайком. В VIP–зале не так уж много народу, но я все равно боюсь, что нас кто-то услышит.

– Этот человек… Который помог тебе вернуть квартиру…

– Да?

– Он же не просто так это сделал? Ты теперь ему чем-то обязан? Если так, то мне очень жаль. Она того не стоила.

– Боишься, что Юрий Давыдыч втянет меня во что-то криминальное?

– А он может?

Я беру ложку и, отломав кусочек пирожного, засовываю его в рот, не чувствуя вкуса.

– Нет. Он давно отошел от дел. Да и не те у нас отношения.

– А какие?

– Слушай, если бы я был блатным, уже бы давно обиделся на твои предъявы. Чтобы ты знала, в воровском мире то, на что ты намекаешь – худшее, в чем только можно обвинить мужика.

– Извини. Я просто волнуюсь, – чувствую, как по моим щекам растекается жаркий румянец.

– Тая, зачем ты себя накручиваешь, если можешь о чем угодно меня спросить?

Я вскидываю ресницы и впиваюсь в его лицо недоверчивым взглядом. Ну что я за дурочка, а? Он ведь и впрямь еще ни разу не оставил мой прямой вопрос без ответа. А я почему-то все никак не привыкну, что говорить с ним можно о чем угодно. Хотя и болтаю, кажется, вовсе не закрывая рта. Обо всем! С другой стороны, как вообще подобраться к настолько щекотливой теме?

– Как ты попал на зону? В чем тебя обвинили?

– В мошенничестве.

– Ты был виноват?

– Суд решил, что так.

– Савва! Мне неважно, что решил суд. И ты прекрасно об этом знаешь, – я вновь оглядываюсь, как пугливый заяц. Кажется, я немного повысила тон вначале, привлекая к нам ненужное внимание.

– Нет. Не знаю. Но теперь буду знать. – Он кажется ужасно довольным. Живя с ним бок о бок, я научилась различать на его лице гораздо больше эмоций, чем раньше. И в этом есть свой несомненный плюс.

– Ты мне не ответил.

– Я сел за Влада. Взял его вину на себя.