Великая княжна Настасья (СИ)

Горестно вздохнув, не нашла ничего лучше, чем лечь спать. Утро вечера мудренее.

***

Интерлюдия

Могута Мстиславович

Опять который день, не спалось Могуте. Воевода так же просиживал в трапезной дружинной избы. Не давала ему покоя княжна. Вроде и Настя, вон и глаза серые, как у батюшки, коса цвета спелой пшеницы, на солнце переливается точно шёлк, губы алые, пухлые, как у Милавы, ямочки задорные на щеках. А послушаешь, так и не Настя вовсе. Слова иногда связать не может, названий простых не знает, точно чужеземка, и изъясняется чудно! Кого-то они посадят на княжение в Веже?

Вспоминал воевода и руны, что начертаны были в землянке. Что задумала старая ведьма, на какую судьбу их обрекла?

Не просто так попали они в ту ночь к Желе, всё чаще эта мысль не давала покоя. А в ответе за всё он – Могута. Ему и расплачиваться, ежели что случится. Да и не ему одному, всей Веже…

Воевода склонил голову на руки, вспоминая старые сказания, которые поведали странствующие волхвы, иногда бывающие в их городе. Что-то смутно вспоминалось, но мысль терялась в давности времён.

А ежели к нашему волхву обратиться? Лепша не поймёт его думы, может, и народ против княжны настроить, ежели усомнится в Настасье. Нет. Не скажет Могута ничего.

Хотя не он один замечает странности княжны. Вот и Дана жаловалась, что Настя совсем переменилась, больше не зовёт девушек вечера за прядением да вышиванием коротать. Сидит с Алёнкой одной, никого более к себе не подпускает. Трапезничает тоже большей частью у себя в светлице. Прикрикнул тогда на ключницу воевода, что княжна родителей и братьев в один день лишилась, а каждый справляется с горем по-своему. Поверила ему Дана, но Могута не верил сам себе.

Прошедшие дни не принесли облегчения: раньше бы Настасья мысль свою высказала, да и воеводе дело поручила.

А сейчас? Вспомнил воин, как наравне с мужиками таскала княжна воду и гребла снег. Руки в кровь сбила, но ни словом не обмолвилась. Тихая прежде, теперь отдавала приказы звонким голоском, да так споро, что и батюшке впору позавидовать!

Ох и тяжела ноша! Дадут боги, всё наладится, а только Настенькиной погибели Могута не желал, берёг он её сызмальства, сохранит и сейчас...

Глава 11

Интерлюдия

Тихой, беззвёздной ночью неспешно шагала армия Илдея на приступ. Неслышно было голосов, ржания коней - снег приглушал стук копыт. Словно тень, растворившаяся в ночной мгле, беззвучно и неумолимо надвигалась волна захватчиков, готовая смести непокорный город с лица земли. Хан велел не пускать лошадей в галоп, чтобы не прознали раньше времени русичи о приближении врага. Он знал, скоро дозорные увидят чёрные кляксы его воинства, растёкшиеся на белом насте.