Ведьма по наследству

Стыдно признаться, но мне в голову прокралась вредная мыслишка, что автомат по скульптуре Юлька все же получила благодаря своим прелестям, а не таланту.

Подруга подхватила одно крыло, подтащила к дракону.

– Придется укреплять каркас, – задумалась она.

– А я говорил – из железа, – встрял Ерема.

– Кто тут скульптор? – рявкнула Юля, и одноглазый сразу убежал, сделав вид, что заинтересовался ведрами, которые Кореней выстроил в ровный рядок под забором.

– Юля, если не получается, то и ладно, – осторожно начала я.

– Все получается, – отрезала подруга. – Просто не лезь под руку, хорошо?

Я пожала плечами и ушла в дом. Подставляться под шквальный огонь мне и самой не очень-то хотелось. Лезть в творческий процесс – дело неблагодарное. Кто знает, может, ей на самом деле удастся сделать дракона из… кхм, глины и палок.

На кухне я обнаружила Греха. Кот проявил несвойственную ему сообразительность и тоже предпочел отсиживаться в доме. Я насыпала ему корма, налила свежей водички, погладила по спинке, уже не боясь получить парочку свежих царапин на руке. Хотя Грех все же удостоил меня презрительным взглядом.

– Чем ты недоволен? – возмутилась я. – Накормлен, напоен, лаской согрет, чего тебе еще надо?

Грех фыркнул, дернул порванным ухом, не отрываясь от миски с едой. По-видимому, он просто считал меня недостойной своей любви. Ну точно как Ярополк. Только причины у них были прямо противоположные. Ярополк не хотел влюбляться в ведьму, а кот, вероятно, предпочел бы видеть своей хозяйкой настоящую колдунью. Я снова уселась в кресле с книжкой, страницы открылись на иллюстрации с драконом, распластавшим крылья на весь разворот. Со двора донеслась ругань, я вскочила и убежала в свою комнату, прихватив конфет и сок. У меня было шикарное оправдание, почему я не участвую в постройке дракона: не хотелось бы, чтобы он получил частичку моей темной ведьмовской души.

Я слышала, как Юлька вернулась в свою комнату поздно вечером, раздраженно хлопнув дверью. Трусливо поколебавшись, я все же решила к ней заглянуть. Сегодня ее настроение менялось за несколько секунд от эйфории до безудержного гнева. С Юлькой явно что-то творится. Я тихо постучала, приоткрыла дверь.

– Да ладно! – воскликнула я, моментально оценив ситуацию: Юля стояла в одном белье, повернувшись к зеркалу боком, и рассматривала свой живот.

– Задержка, – подтвердила она.

– Сколько?

– Один день.

– Ну, это ерунда еще!

Юля рухнула на диван, скрестила руки. Мелкие царапины покрывали ее руки, ноготь на указательном пальце сломался.

– Мы не предохранялись.

Я села рядом с Юлей.

– Знаешь, я все понимаю… – начала было я.