Невеста по наследству

 — Думаю, мне следует рассказать вам эту весьма печальную историю, которая случилась с двумя молодыми и красивыми людьми добрых шесть десятков лет назад. — Она перевела дух и велела лакею, безмолвно застывшему у дверей гостиной:

— Принеси-ка нам, голубчик, чаю! — И обратилась уже к женщинам:

— На кухне у меня пекут превосходные пирожные, а чай настаивают на семи индийских травах.

Потом они пили чай, а Ксения Романовна рассказывала им историю, которая объясняла и угрюмую отчужденность старика Меркушева, и странный каприз герцогини Гилфорд, пожелавшей женить своего двоюродного внука на никому не известной девушке, прожившей почти всю свою жизнь в далекой Сибири…

Алексей был единственным сыном капитана Меркушева, погибшего во время русско-турецкой войны. После смерти мужа его мать с горя опустилась, стала играть в карты, пить, и вскоре имение Меркушевых пошло с молотка за долги. Мать вскоре умерла, и с той поры Алексей мог рассчитывать только на свои силы. По причине денежных затруднений он не смог продолжать учебу в Санкт-Петербургском университете, но ему удалось устроиться учителем младшего сына графа Ратманова, Петруши.

— Я не знала, — продолжала свой рассказ Ксения Романовна, — что между Анной и Алексеем вспыхнула любовь, никто в семье не подозревал об этом. Вероятно, они сами понимали, что им никогда не позволят пожениться. Я была к тому времени уже замужем, у меня только-только родился сын, будущий отец Андрея и Сережи. Однажды поздно ночью на извозчике ко мне в дом приехала Анна. Она была убита, захлебывалась слезами и твердила о том, что нынче не старые времена и никто не имеет права отдавать ее замуж насильно. С трудом я успокоила сестру, она призналась, что они с Алексеем любят друг друга, а мой отец по каким-то политическим соображениям собирается выдать ее замуж за английского герцога Сайреса Гилфорда. При дворе надеялись, что это повлияет на улучшение отношений между Англией и Россией. Лорд Гилфорд был видным государственным деятелем, определяющим политические симпатии Великобритании, членом палаты лордов, пэром, и его влюбленность в Анну сочли за доброе предзнаменование, и, естественно, мнения моей сестры никто и не подумал спросить. Ее желания в расчет не принимались, — графиня поднесла чашечку из тончайшего фарфора ко рту и сделала глоток. Потом прикоснулась к губам салфеткой и посмотрела на притихших гостей. — На следующий день я встретилась с Алексеем. Он был достойным молодым человеком, но даже если бы обладал значительным состоянием, не смог бы рассчитывать на руку Анны. Они вздумали бежать и тайно обвенчаться, но я убедила молодых людей не совершать безумного поступка.