Наследство черной вдовы

Ближе к вечеру, перед ужином, мы Кладирой и Шарон с Лораном зашли в один из залов, предназначенный для торжественных приемов и танцев. Просторная комната с широкими окнами из-за густого тумана на улице ярко освещалась магическими шарами. Кладира дважды хлопнула в ладони, и музыка включилась сама собой. «Сестра», одетая в длинное, открытое, приталенное платье лазоревого оттенка, приняла руку Шарона, красовавшегося в любимом армейском наряде, вышла с ним на середину зала и, подчиняясь медленной нежной музыке, поплыла лебедушкой по комнате. Я смотрела, не отрываясь, не столько наблюдая за движениями, сколько впитывая атмосферу. Прекрасная пара, военный и аристократка, они идеально подходили друг другу и своим танцем рассказывали чувственную и немного грустную историю о той жизни, наполненной яркими эмоциями, к которой я стремилась, но которой пока не могла достичь.

— Теперь твоя очередь, — голос Кладиры привел меня в чувство. Я недоуменно моргнула. Музыка прервалась, танец завершился. — Бери руку Лорана, выходите на середину зала и начинайте разучивать движения.

Глава 22

«Бери руку… начинайте разучивать движения». Легко сказать. Лоран вывел меня на середину комнаты, повернул к себе и посмотрел мне прямо в глаза с немым вызовом. От его прикосновений я с трудом сдерживала дрожь. Мне казалось, что мое тело перестало мне повиноваться и зажило своей жизнью. Появилось дикое, почти животное желание прижаться всем телом к телу Лорана и ощутить его каждой своей клеточкой. Я мотнула головой, прогоняя наваждение. Дрожь при прикосновениях не исчезла, но контроль над телом я вернула.

Шаг, другой, третий. Поклон. Легкие и плавные движения. Пока изучали движения, Лоран трижды поморщился. Я старалась двигаться так, как подсказывала со стороны Кладира, но все равно моя неуклюжесть давала о себе знать.

— Я удивлюсь, если завтра он сможет выйти из комнаты, — кивнула в сторону стоявшего у окна «сестра» во время перерыва. — Вам еще час как минимум тренироваться. И не нужно так резко поворачиваться. Мягче, все делай мягче. Да, почему ты постоянно вздрагиваешь?

— Потому что прикасаюсь к нему, — я уселась на табурет, откинулась на стену позади, с наслаждением вытянула гудевшие ноги.

— В каком смысле? — нахмурилась Кладира. — Ты — не Селенира, между вами не должно существовать никакого притяжения.

— То есть между ними все же было притяжение? — уточнила я, лениво наблюдая, как недовольный Шарон что-то втолковывает раздраженному Лорану. Тот слушал молча, но, судя по мимике, в любой момент готов был сорваться.

— Да, но Селенира могла держать себя в руках.

— А я, получается, не могу. И вообще не понимаю, что творится.

— Да ничего особенного, — поморщилась Кладира.