Наследство черной вдовы

В одежде Шарона изменений не произошло: одна форма сменила другую, чуть темнее цветом.

«Интересно, он спать тоже в форме ложится»? — появилась дурацкая мысль, пока мы втроем спускались по широкой мраморной лестнице в обеденный зал.

— Кладира, — тихонько позвала я, краем глаза заметив шевеление сбоку. Лестница осталась позади, и мы неспешно, величавым шагом, направлялись на ужин.

— Вижу, — так же тихо ответила «сестра». — Да, это Лоран. Внимания не обращай. У тебя впереди общение с женихами. Думай об этом.

Я подавила готовое сорваться с губ ругательство. Это их кастовое общество меня начинало по-настоящему бесить. Не смог родиться в браке? Сам виноват. Теперь считаешься человеком низкого сорта, и никто с тобой за стол не сядет. Врача мне было жалко: мало того, что возлюбленная сбежала, в том числе и из-за него, так еще и никто из приличного общества не желал замечать его. Третьесортный человек, по-другому не скажешь.

За празднично накрытым столом, в удобных креслах с высокими спинками, уже сидели подошедшие раньше обговоренного женихи и то и дело охватывали жадным взглядом золотые трехрожковые подсвечники, мельхиоровые столовые приборы, изысканную посуду из тончайшего фарфора, вытканные из батиста салфетки и накрахмаленную скатерть. Не удивлюсь, если каждый из мужчин уже считал себя, пусть и мысленно, удачливым владельцем всего этого богатства.

— Ронары, — мило улыбнулась Кладира, входя вместе со мной в комнату и направляясь к хозяйским креслам во главе стола, — мы рады приветствовать вас в нашей скромной обители.

Скромной нашу «обитель» нельзя было назвать даже с огромной натяжкой. Женихи, прекрасно понимая это, откровенно заухмылялись. Гордон, сын обедневшей баронессы, был одет более чем бедно по местным меркам: коричневый, даже на первый взгляд протертый на рукавах фрак, желтоватого цвета рубашка, видимо, под цвет фрака брюки. Его внешний вид прямо-таки кричал: «Возьмите меня в мужья, дайте поесть. Я буду хорошим». Донтар, как и Шарон, появился в военной форме темно-синего цвета. И только Нарон постарался выделиться из троих претендентов и обрядился в ярко-зеленый камзол, нежно-салатовую рубашку и черные брюки. «Настоящий попугай. Или павлин», — проворчала я про себя, садясь в кресло во главе стола, рядом с Кладирой.

Глава 19

Первый обмен любезностями, как и традиционное недовольство погодой, я пропустила. Как Кладира умудрялась и есть, и поддерживать светскую беседу, для меня оставалось тайной. Не обладая подобными способностями, я предпочла посвятить свое время поеданию супа с морепродуктами.

— Надолго вы планируете здесь задержаться? — Донтар, как истинный военный, не стал ходить вокруг да около.

— Неделя-полторы, не дольше, — неопределенно ответила Кладира.