Наследство

— Вы преследуете меня! Тогда в бассейне, сейчас в больнице… Что вам от меня надо?

— Так это вы пришли ко мне на кастинг… А тогда в бассейн вызывали девиц легкого поведения, не лично я, были другие желающие… А приехали вы… Я в этом тоже виноват?

Яна покраснела, ощущая дикое покалывание в отмороженных щеках.

— Я ехала Снегурочкой на праздник к детям, я не знала, что там голые мужики, которые много выпили и жаждали развлечений, — ответила Яна. — И при чем тут кастинг?

— Я — Петр Ньиман, я выбирал главную героиню на роль в рождественской сказке, — пояснил он.

— Вы и есть Петр? Тот идиот, который со всеми целовался?

Петр на мгновение задумался и ответил, улыбаясь:

— Когда я представляюсь, обычно я не говорю: «Привет, я Петр, тот идиот, который со всеми целуется».

— Извините, это у меня вырвалось непроизвольно, — пробубнила Яна, которая была потрясена тем, что этот странный красавчик и оказался ее потенциальным партнером.

— У вас вся жизнь, похоже, сплошная импровизация, — хмыкнул Петр и посмотрел на следователя. — У нас пробы шли главной героини. Отсняли одну, вторую…

— Губы не распухли от съемок? — съязвила Яна, но Петр пропустил это замечание мимо ушей.

— Обычная рутинная работа, отсняли много материала, разные планы. Ждали последнюю актрису, которая была заявлена местным театром, предоставившим помещение для проб. И вот ждем и ждем, а ее все нет и нет… — Петр медленно перевел взгляд на Цветкову. — Мы бы даже и ждать не стали, но надо было проявить уважение к местным артистам, так радушно нас встретивших.

— А в сауне с проститутками вас тоже радушно встречали? — не сдержалась Яна. — Интересно кто? Местное руководство?

— Как оказалось, проституток не было, были лишь два массовика-затейника, — парировал Петр не моргнув глазом. — Поэтому какие претензии?

— Никаких, — повела плечом Яна.

— Режиссер ругался, конечно. Актрисы, которые приехали из Москвы и из-за границы, на месте! А местной нет! Наверное, ей дальше всех добираться! И вот когда уже слегка притушили свет и решили еще пять минут подождать появления артистки Цветковой… — Петр выдержал жутковатую паузу. — Появилась она… Мы даже не сразу поняли, что происходит. Высокая, худая, как палка, женщина синего цвета, которая еле дышала, что-то хрипела и махала окровавленными руками, а когда она разлепила губы, то ртом пошла кровь. Вот тогда-то нашему помощнику режиссера и поплохело, сейчас лежит здесь с сердечным приступом, я его уже навестил.

— Я не помню ничего, у меня мозги заморозились… Как я выбралась… — вздохнула Яна.

— Вы ободрали все ногти в кровь, пытаясь выбраться, но руки онемели, и вы, наверное, не чувствовали этого.