Наследный принц

Не волнуйся, мама, мы оба настроены выполнить свой долг. Просто, я немного подавляю девочку своим грозным видом. А меня, как ты знаешь, никогда не привлекали такие-вот аппетитные пышечки.

— Сын! Веди себя прилично, ты не в казармах! — Возмутилась королева.

— Ты сама хотела откровенности. Лучше расскажи, что говорит отец по поводу Йенса?

— Я еще не получала сегодня почту.

Разговор плавно перешел в другое русло чему принц был несказанно рад. Он считал, что уже давно вырос из того возраста (или, наоборот, еще не дожил до него), когда свои любовные победы хочется обсуждать со всем миром. Тем более, речь шла о двух королевах: нынешней и будущей.

Поговорив еще немного с Ее Величеством, Генрих проводил мать до замка. Королевам, как известно, не пристало прокрадываться через потайные калитки. Тем более, среди бела дня. Поэтому жители маленького городка, спешащие к обеду домой, могли наблюдать величественную картину. Из рощицы у подножья холма, за которой скрывалось небольшое поместье принцев, выехала легкая карета с Ее Величеством королевой Арианой. Следом за ней ехал сам кронпринц. Их со всех сторон охраняли гвардейцы Его Величества.

Правда, мать с сыном ограничились малой охраной, так что добрые горожане и горожанки имели возможность не только вдоволь насмотреться на королевских особ, но и выкрикнуть им вслед добрые пожелания, а то и, приблизившись на опасное расстояние, бросить под колеса королевской кареты цветок.

Маленькая девочка-цветочница хотела тоже бросить букет. Но, побежав, споткнулась о камни мостовой и растянулась в опасной близости от конских копыт. Кортеж тут же остановился, гвардейцы замерли, внимательно оглядывая толпящийся народ. Было ли это падение случайностью? Или же кто-то в толпе сейчас замышляет недоброе? Пока охрана делала свою работу, кронпринц, не чинясь, соскочил с коня и бросился к ребенку.

Как потом отметила королева, такое зрелище горожане, скорее всего, забудут нескоро. Наследник престола, дующий городской девчонке на разбитые коленки. Успокоив плачущего ребенка, Генрих приложил к ссадине платок и велел как можно скорее промыть «боевую рану» чистой водой и приложить подорожник. Ее Величеству, пока она выбралась из кареты в своем дневном платье, осталось только потрепать притихшую девочку по голове и вручить ей немного мелочи «на сладости».

Убрав девочку с дороги, мать и сын продолжили путь. Собственно, для принца это был хороший повод убедиться, что он не зря пользовался калиткой в кустах. Выехав из рощицы у подножья замковой горы (так гордо в городе называли высокий холм, на котором стоял замок), отряд, фактически, объехал эту гору.