Наследница в алых шелках

Он стоял чуть в стороне, будто важный судья.

– Я украл поцелуй, вот и все.

Кевин снова попытался вырваться из рук Николаса.

Чейз отошел от Филиппа и смерил его пристальным взглядом.

– Так и было? Это уже не в первый раз, Филипп.

Уолтер перевел взгляд с Кевина на Чейза и Филиппа, а потом обратно и, расправив плечи, проговорил:

– Что бы ни случилось, не следует устраивать потасовку в саду тети Агнес, тем более когда рядом дамы. Встретьтесь в боксерском клубе и выясните отношения, если уж так надо.

– Я бы лучше встретился с ним на рассвете в парке, – прорычал Кевин.

Филипп запрокинул голову и посмотрел на него поверх расквашенного носа.

– Я не дерусь на дуэли из-за шлюх.

Одним рывком Кевин вырвался из объятий Николаса и подался вперед.

– Я же сказал, что убью тебя, если…

Чейз схватил его и зажал шею в замок. Николас снова сцепил ему руки.

– Уведите его отсюда, – велел Чейз. – Дуглас, отвези жену и Фелисити по домам. Уолтер, сажай Филиппа в свой экипаж. Мы с Николасом займемся Кевином. Ступайте.

– В мой экипаж? – переспросил Уолтер. – Но у него же кровь идет.

Николас смерил его тяжелым взглядом. Уолтер вздохнул.

– Пошли, пошли, Филипп. Постарайся не запачкать мне обивку или пальто.

Они гуськом зашагали по садовой дорожке, оставив Кевина зажатым в руках Чейза и Николаса.

Какие-то звуки раздались из столовой, затем с верхней террасы. Кевин представил там Розамунду, на которую направлены все взгляды, одни – злорадные, другие – сочувственные. Хотя сочувствия можно было ожидать, пожалуй, только от Минервы.

С уходом Филиппа злоба начала отступать. Напряженные мышцы постепенно расслабились, в голове прояснилось. Ни тот ни другой кузен не говорил ни слова. Наконец они отпустили его.

– Он действительно ее ударил? – спросил Николас.

– Да. Я как раз поднялся по лестнице. Она сопротивлялась, он дал ей пощечину и оглушил. – Кевин провел рукой по волосам. – Уверен, что останется след. Он ударил очень сильно.

Чейз покачал головой.

– Я даже не заметил, что его нет в столовой. Когда в последний раз глянул в его сторону, он спал в углу. Должно быть, проснулся и выскользнул незаметно.

– Я видел, как он уходил, но подумал, что он идет в сад, потому что его тошнит, – сказал Кевин. – Пошел за ним лишь для того, чтобы избавиться от бесконечных политических заявлений Уолтера. Потом услышал шум и заметил его с ней на верхней террасе.

Перед мысленным взором Кевина встала эта картина, и его снова затопил ужас, как в тот момент, когда он осознал, что делает Филипп.

– Он, наверное, спятил – приставать к женщине прямо у всех на виду, – проговорил Николас.

– Филипп бывает наглым, даже когда не пьян, – заметил Чейз. – Кто-то начал играть на пианино, и он, должно быть, подумал, что никто не услышит ее криков.