Наследница в алых шелках

Если был кто-то еще, то я об этом не знала. – Она резко остановилась и поглядела на него. – Я ни разу не торговала собой, если ты об этом хочешь спросить.

– А похоже, что хотел. Я не возражаю. Ты должен все знать.

– Должен, но не по той причине, по какой ты думаешь.

Они вернулись к началу дорожки. С одной стороны от них стояла тьма, с другой горели фонари и светильники. Он посмотрел на нее.

– Ты необычайно храбра и честна, раз призналась мне во всем этом.

– Тебе было неизвестно, что я знал. А что за вопрос ты хотела задать мне?

Она замялась. Кевин, так сказать, принимал ее такой, какая есть. Он верил, что она жила в том доме именно так, как рассказала. Он верил ей. Она не сомневалась, что во время напряженных раздумий, пока они гуляли, Кевин тщательно обдумал все последствия, которые могли повлиять на его дальнейшую жизнь.

Теперь спросить его, убил ли он дядю, стало бы тягчайшим оскорблением. Предательством. Чего этим можно достигнуть? Если он из тех, кто способен на это, он из тех, кто об этом соврет.

Все сводилось к тому, чему она поверит. Во что она поверит. Примет ли она того человека, которым он ей кажется, которого она так хорошо узнала.

Розамунда понадеялась, что здравый смысл ей не изменил, как в случае с Чарлзом.

– Хотела лишь с просить, по-прежнему ли ты думаешь, что этот брак по расчету – хорошая затея.

Он взял ее ладонь и склонился над нею, чтобы поцеловать.

– Я думаю, это великолепная затея.

– Тогда нужно воплотить ее в жизнь, прежде чем один из нас поймет, что мы оба сумасшедшие.

Они поженились неделю спустя, проведя тихую церемонию венчания в церкви Святого Георгия. Розамунда была в кремовом платье, которое заказала по возвращении из Парижа.

Гостей было очень немного. Пришли Минерва, Чейз и Холлинбург, а еще – камеристка Розамунды Дженни. Больше из родных Кевина никого не было, даже его отец не появился.

После принесения обетов Розамунда повернулась и увидела у самого входа в церковь Беатрис. Она переживала, что подруге не понравится ее замужество, но Беатрис легонько помахала рукой и улыбнулась, после чего сразу же выскользнула из храма. Розамунда гадала, заметил ли ее Кевин.

Единственное, о чем она жалела – это о том, что рядом не было Лили. Однако она известила сестру о свадьбе и получила ответ, где та выражала свою радость за нее. Лили, наверное, испытала облегчение от того, что ее старшая сестра все-таки не стала падшей женщиной.

Минерва устроила у себя в саду небольшой праздничный завтрак. Погода стояла прекрасная, и за столом произносилось множество здравиц и пожеланий счастья. Наконец молодожены уехали к Розамунде домой, чтобы начать избранную ими семейную жизнь.

Она была у себя в спальне, когда вошел Кевин. Дженни сразу же вышла.