Наследников выбирают

– Я в сортах китайского автопрома не разбираюсь, – высокомерно заметила Галя, про себя подумав, что Серому бы надо сначала с ипотекой разобраться, а не машины менять.

– Ой, какие мы важные! – Серый ухмыльнулся. – Слышь, Михалыч, на китайцах она, этсамое, не ездит. Видал?

Мордатыч тут же вступил в дискуссию и рассказал о пользе импортозамещения в целях полной независимости государства, гости при этом почему-то стали обсуждать достоинства китайских автомобилей, но Галя не стала указывать им на нестыковку. А чем, в конце концов, это не импортозамещение? Один импорт заместили другим.

Первыми, выждав для приличия примерно час, со словами «ну, не будем мешать молодёжи веселиться» восвояси отбыли родители. На прощание расцеловали обеих дочерей. Мама сделала Гале глаза, Галя сделала ей глаза в ответ, и выждав ещё полчаса тоже собралась домой. Тут она пожалела, что у неё нет собаки, которую надо выгулять, или детей, которых пора кормить. А что? Прекрасная отмазка. Пришлось сходу наврать, что она страдает куриной слепотой и в сумраке ей будет затруднительно добираться до дома. Хорошо, никому не пришло в голову, что в сезон белых ночей, никакого особого сумрака по вечерам не наблюдается. Вся компания выкатилась из кафе её проводить и посмотреть, на чём же в Тьмутаракань приехала столь высокомерная дамочка.

– А что? Тойота тоже неплохая тачка, – сказал кто-то из гостей, рассматривая Галину «прелесть».

Галя хотела спросить, почему «тоже», но воздержалась. Конечно, её «прелесть» была не просто неплохой тачкой, она была самой лучшей, ведь, как всем известно, Тойота не ломается, но зачем же людей расстраивать. Хвастовство произрастает из гордыни, а гордыня смертный грех."

"– По виду совсем новьё, – сказал кто-то другой.

– Гарантийная? – поинтересовался Мордатыч.

Галя кивнула.

– В кредит брала?

Галя опять кивнула и взялась, было, за ручку, чтобы открыть дверь машины.

– Не маловата, ноги-то помещаются? – заботливо спросил Мордатыч.

– Она снаружи кажется маленькой, а внутри вполне просторная, – пояснила Галя.

– А ты ничего такая, – провозгласил Мордатыч и неожиданно ухватил её за попу.

Галя чисто рефлекторно, как ещё в детстве их с Ленкой обучил отец, с разворота вломила этому неандертальцу кулаком, куда попало. Попало в морду, а именно, в нос. Действительно, мимо такой широкой морды не промажешь. Мордатыч взвыл. Правильно, так и должно быть, ведь папа говорил, что нос у человека самое больное место, ну, разумеется, кроме ещё другого, которое даже больней, но бить туда почему-то считается неспортивным. Хотя какое тут может быть спортивно или нет, когда тебя схватили за попу.