Наследников выбирают

Генерал звал её за это безродной космополиткой, но в иностранные санатории ездил с большим удовольствием. Дорого, да мило.

Первым сдался капитан. Он ничем, кроме простуды, не болел, ни на что не жаловался, просто однажды промозглым осенним утром взял, да и не проснулся. Тамара кричала и билась в беспросветном горе, а Светлана Петровна в растерянности не знала, что делать, и как ей помочь. Генерал взял на себя организацию похорон. Капитан при жизни неоднократно изъявлял желание быть сожжённым и непременно развеянным над морем. Алевтина пыталась было распорядиться насчёт кладбища и отпевания, чтоб всё как у людей, но столкнулась с генералом. Отпевали в крематории, Алевтина выла и висла на детях, капитанские сыновья стояли с каменными лицами, Тамара тоже словно окаменела. Немного отошла она уже только тогда, когда через три дня получила в крематории урну. Урну она поставила рядом с его компьютером и стала привыкать жить без капитана.

– Непорядок, – сказал генерал. – Велено развеять, значит, будем развеивать."

"– Ну, да, сейчас самое время, темно и отдыхающих практически нет, – согласилась с ним Светлана Петровна.

– Какая разница, есть отдыхающие или нет, темно или светло, когда ветер всё время с моря дует? Как тут развеивать? – резонно заметил генерал.

– Действительно. Может, пусть до лета стоит? – жалостно спросила Тамара.

– Ты хочешь, чтоб он до лета ко мне во сне приходил и велел развеивать? – проворчал генерал.

– Он к тебе приходит и велит? Надо же! – удивилась Светлана Петровна.

– Мы не знаем, как там и что. – Генерал перекрестился. – И вообще, мы не знаем, чей прах конкретно нам выдали.

– Как это не знаем. – Тамара уставилась на урну. – Вот же написано.

– Мало ли, что написано. Надо развеять, соблюсти ритуал. Раз развеем, значит, точно его!

– Странная логика, – не поняла Светлана Петровна, – но развеять надо.

– Попробую договориться, – обнадёжил генерал. – Был у меня человек в Кронштадте.

Человек в Кронштадте оказался понимающим и с возможностями. Тамару с урной, Светлану Петровну и генерала от причала забрал катер и вывез в акваторию, там и развеяли, урну тоже бросили в залив.

– Меня в огороде закопайте, – велел генерал, провожая урну глазами.

– В огороде? – не поняла Тамара.

– Нас за это посадят, – сказала Светлана Петровна, – нельзя людей в огороде хоронить, это раз, а потом, вдруг я первая, это два!

– Сначала сжечь, – пояснил генерал, глядя на Тамару, – обоих, потом закопать у нас под сосной, место укажу, даже яму заранее выкопаю, чтоб тебе не карячиться.

– Прямо в урнах? – по-деловому уточнила Тамара.

– Нет! Урны…, не знаю, подумать надо, – генерал почесал затылок.

– Чего тут думать? Урны тоже, того, в залив, – предложила Светлана Петровна.

– Нельзя засорять, непорядок.