Наследники предтеч 4

А затягивать с возвращением не имеет смысла, ведь неизвестно, сколько времени отнимет обратный путь.

В городе я встретилась с Марком. Первой его заметила Рысь и с радостным криком:

— Росс! — соскочила с рук зеленокожего и бросилась навстречу гиганту.

Мы с Россом недоумённо переглянулись, а дочь ловко вскарабкалась на загривок моего мужа и дёрнув его за мохнатое ухо, повернулась к нам:

— Обалдеть, — только и заметил настоящий владелец имени.

Марк рассказал, что истинно свободные разделились. Не из-за ссор или непонимания, просто некоторые решили осесть и поселиться на одном месте, а другие остались приверженцами кочевого образа жизни. Поселенцы ушли, точнее, уплыли вместе, хотя жить собираются порознь, в нескольких километрах друг от друга. А вот те, кто остались, решили назваться племенем кошек — с демонстративно бродячим образом жизни — главным образом для того, чтобы легче было противостоять общественному мнению, Но, по словам мужа, изменился только внешний статус да название, а суть осталась прежней.

— Я тоже котом стал, — добавил Марк. — Так что теперь и я как бы в племени.

— А в союз ваше племя войти не собирается? — с намёком поинтересовалась я.

— Конечно, нет, — рассмеялся муж. — Мы ведь свободу больше всего ценим.

Я отвернулась, пряча улыбку. Очень уж своеобразное у кошек понимание свободы. Хотя в чём-то правильное.

Рысь практически всё время, пока мы были в Волгограде, проводила с Россом. Даже младших детей умудрилась к нему сманить. И, кажется, их отец начал ревновать по этому поводу. К счастью, сцен не устраивал и претензий не высказывал, вместо этого сам присоединившись к хирургу после второго обеда, чтобы вместе позаниматься с малышами. А ещё Рысь упрямо продолжала называть Марка «Россом», и пока ничего с этим поделать не получалось. Лучшее, чего удалось добиться, так это единичного «Росс Марк». Странно, но никого другого дочь не окликала подобным образом.

— Пройдёт, — успокоила меня Вера. — Рысь любит Росса… и Марк ей, судя по всему, тоже очень нравится.

— Да я и не волнуюсь, — пожала плечами я. — Главное — она заговорила и с каждым днём общается всё лучше. А мелочи… у кого из нас их нет?

Уже вечером, когда мы устраивались на ночь, произошёл ещё один любопытный разговор.

— Пантера, а я вот тут подумал… — начал Марк, улёгшись и почесав мохнатый бок. — А почему йети вообще разумные? — заметив мой недоуменный взгляд, муж пояснил: — Это я к чему: пытался понять, как это могло произойти. Возьми, например, людей. Им разум нужен, и очень сильно — иначе банально не выживут. Всё время приходится думать, искать новые пути, всё время они на грани жизни и смерти. А без разума уже давно бы вымерли.

— Здесь бы вымерли, — уточнила я, начиная понимать, к чему клонит собеседник.